Иск – благородное дело

suek-kuzbasСегодня жители края с интересом следят, чем закончится суд над бывшим министром промышленности и энергетики Красноярского края Денисом Пашковым. Надо заметить, подобные дела у нас – не редкость. И это, с одной стороны, свидетельствует о том, что процент коррумпированных чиновников в крае по-прежнему высок, с другой – что с коррупцией у нас всё-таки борются.

Но вот что интересно – если правоохранители ещё как-то, время от времени, «возбуждаются» в отношении тех, кто залез в государственный карман, то на экономические преступления в сфере бизнеса предпочитают внимания не обращать, относя таковые к предметам «хозяйственного спора». И это, на мой взгляд, серьёзно подрывает основы государства.


Малый и средний бизнес во многом не развивается именно потому, что не чувствует себя защищённым, а значит, не стремится развиваться, становиться «прозрачным», платить налоги и создавать подкреплённые «соцпакетом» рабочие места. Сколько бы хороших слов не говорилось об инвестициях, здоровой предпринимательской инициативе, вряд ли что-то изменится, если наша правоохранительная и судебная система не перестанет применять законы по своему усмотрению.
Вот только одна из многочисленных и странных историй, происходящих в мире тех, кто сегодня работает в реальном, так сказать, экономическом секторе.
Сергей Анатольевич Рыбаков был не только соучредителем, но и генеральным директором угледобывающей компании ООО «Искра». До определённого времени это предприятие росло и развивалось, объемы добычи и продаж росли. Но в
2012 году дела компании пошли не столь гладко, как хотелось бы её совладельцам. Своим партнёрам по бизнесу Рыбаков заявил, что возникли серьёзные проблемы со сбытом: якобы, основной партнёр – Дальневосточная Генерирующая компания (ДГК) – вдруг отказался покупать уголь у «Искры», и директор «Искры» принял решение отгружать уголь другому потребителю – компании «Восточный уголь» (КВУ), правда, «согласились» они брать топливо уже не по 840, а по 530 рублей за тонну.
Очень быстро выяснилось, что фактический потребитель – та же Дальневосточная ГК, а «новый покупатель» – всего лишь посредник, который стал забирать львиную долю прибыли.
Акционеры, а именно Сергей Полищук и Николай Бабаков, представляющие интересы компании и владеющие 53 процентами акций (по 26,5 у каждого), начали задавать директору «Искры» Сергею Рыбакову «неудобные вопросы». Справедливости ради, надо заметить, что соучредители достаточно продолжительное время доверяли компаньону – ведь значительная доля акций «Искры» принадлежала и ему. Не мог же он обманывать сам себя?
Однако проведенный, в конце концов, анализ деятельности директора показал, что своё будущее с предприятием он не связывает, и, по всей вероятности, перед тем, как расстаться с компаньонами, решил основательно распотрошить компанию. Без согласования с учредителями Рыбаков брал у предприятия «беспроцентные займы», заключал многомиллионные сделки без их ведома, причем сделки разорительные.
В целом, как показал балансовый отчёт за 2012 год, деятельность Рыбакова обернулась убытками для предприятия в размере 78 миллионов рублей.
Самым ощутимым ударом, стало заключение сделки с «КВУ», имеющей, по мнению соучредителя «Искры» Николая Бабакова, все признаки мошенничества:
– «Рыбаков уверяет, что ДГК отказалось покупать добываемый «Искрой» уголь из-за низкого качества, поэтому он вынужден был перезаключить договор с «КВУ», которая, якобы, приобретала высококачественный уголь на Кузбассе, и смешивала его с нашим, доводя тем самым продукцию, необходимую ДГК, до нужной кондиции. Это большая ложь! Никакого угля «КВУ» у кемеровских шахтёров не покупала, и ни с чем наш уголь не смешивала, у этой фирмы нет ни условий – промплощадки с необходимым железнодорожным тупиком, ни оборудования для производства такой операции, а это мини-обогатительная фабрика со всей необходимой инфраструктурой. Это отдельное производство. И занимаются смешиванием угля не поставщики, а конечные потребители… Представьте только: куда-то надо пригнать вагоны с нашим и кемеровским углем, разгрузить их, переместить угли к установке, провести загрузку углей в необходимой пропорции в установку для смешивания, полученную смесь углей переместить обратно на погрузочную площадку, опять погрузить в вагоны… Бред!
Дальневосточники время от времени отправляли нам письма с претензиями, дескать, в такой-то партии такая-то часть продукции, по их мнению, не «дотягивала» до нужной кондиции. Это рабочие моменты, которые неизбежно возникают между любым поставщиком и потребителем. Но о разрыве контракта ДГК даже не помышляла. Фирма-посредник бессовестно наживалась, забирая разницу себе… и скорее всего не только себе – не зря же Рыбаков на ровном месте уступает право выполнения контракта с ДГК доселе неизвестному посреднику. О том, что ДГК не помышляла разрывать контракт с «Искрой», говорят и такие факты: первое – сам контракт остался без изменения, т. е. все существенные условия контракта – характеристики поставляемого угля остались прежними, а в нем по ходатайству «Искры» сменился лишь поставщик; второе – уже после смены поставщика на протяжении июля и первой декады августа ДГК продолжала присылать заявки на поставку угля в адрес «Искры».
Теперь давайте на минуточку представим, что случилось бы, поступи таким образом директор бюджетного или государственного предприятия… Думается, мало бы ему не показалось – 28 миллионов бессовестно отмытых денег обернулись бы для него длительным тюремным сроком. Говорят, перед законом все равны – и разницы нет, кого человек обманул – государство, соседа, партнёра по бизнесу… Ответственность должна быть идентичной, или хотя бы хоть чуточку похожей. Но увы. Поимка «коррупционера», забравшегося в государственный карман, – дело громкое и славное. А подобная ситуация для тех, кто занимается хозяйственными преступлениями, видимо, абсолютно неинтересна. Отмахнуться от обманутого коммерсанта можно совершенно спокойно и безболезненно, не заморачиваясь: «Ребята, у вас – хозяйственный спор, идите в арбитраж, не отвлекайте нас от защиты важных государственных интересов». Между тем, эти службы обязаны рассматривать ЛЮБОЕ ХОЗЯЙСТВЕННОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ, вне зависимости от формы собственности пострадавшего.
Кстати, не факт, что и в арбитражном суде обманутые предприниматели сумеют добиться правды.
Учредители ООО «Искра» обратились в арбитражный суд с иском о взыскании 28 551 087 руб. 91 копеек убытков со своего бывшего партнёра и руководителя предприятия. Как видите, подсчитано всё до копеечки… И, надо сказать, внимательно исследовав все представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, красноярский краевой арбитражный суд пришел к выводу, что господин Рыбаков причинил своими действиями ущерб предприятию. Любое должностное лицо, вне зависимости от того, какое предприятие оно возглавляет – частное или государственное, должно при исполнении своих обязанностей действовать разумно, добросовестно и осмотрительно, не причинять умышленного вреда возглавляемому им предприятию. Так гласит закон…
Но Рыбаков поступал с точностью до наоборот. Не поставив в известность компаньонов, он по собственной инициативе расторг сделку с дальневосточной энергетической компанией и заключил заведомо невыгодную сделку с ООО, зарегистрированным всего лишь за несколько месяцев до этого. Кроме того, Рыбаков скрывал информацию о совершенной им крупной сделке от учредителей, что противоречит уставу предприятия.
Суд первой инстанции счёл, что истец представил достаточно материалов, доказывающих, что руководитель ООО «Искра» господин Рыбаков включил в схему поставки угля посредника исключительно для получения последним необоснованной выгоды от разницы в цене на уголь.
«В результате заключения генеральным директором ООО «Искра» Рыбаковым С.А.
соглашения от 01.07.2012, ООО «Искра» недополучило 309 руб. с каждой поставленной в адрес ОАО «ДГК» тонны угля.

Заключая соглашения от 01.07.2012, ответчик действовал недобросовестно, поскольку должен был знать о том, что его действия на момент их совершения не отвечали интересам ООО «Искра» и неразумно, не принял во внимание наличие между ООО «Искра» и ОАО «ДГК» договора на поставку угля по цене 840 рублей за тонну, чем причинил убытки ООО «Искра» в виде разницы в цене за 109 029,5 тонн.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истцом доказана причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступлением у истца убытков. Ответчик доказательств отсутствия своей вины в причинении убытков обществу не представил.
Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края РЕШИЛ:
Взыскать с Рыбакова Сергея Анатольевича в пользу общества с ограниченной
ответственностью «Искра» (ИНН 2428003810, ОГРН 1032400761194) 28 550 945 руб. 34 коп. убытков».
Казалось бы, справедливость восстановлена, в деле можно ставить точку. Но Рыбаков подаёт апелляцию в третий арбитражный апелляционный суд, и дело… выигрывает.
Бывает, скажете вы – ошибся в чём-то первый судья, недопонял, какие-то доказательства не учёл… Но вышестоящий суд НИКАКИХ ДОВОДОВ СУДА ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ НЕ ОТКЛОНИЛ. А куда денешься? Да, Рыбаков сделки совершал, да вред нанёс, но, по мнению Ирины Николаевны Бутиной, судьи третьего арбитражного апелляционного суда, «… указанные выше сделки были совершены директором ООО «Искра» в процессе осуществления им хозяйственной деятельности и не выходили за рамки обычного предпринимательского риска…».
Вот уж действительно, кто не рискует, тот не пьёт шампанского!
Не воровал, а рисковал, значит, директор Рыбаков, отдав «левой фирме» 78 с лишним миллионов рублей. Скажите, пожалуйста, Ирина Николаевна, сколько лет дали бы за такие «риски» директору государственного или муниципального предприятия?
Впрочем, иск бы в этом случае подавал уже не обманутый бизнесмен, а прокурор, и не в арбитражный суд, а уголовный. И вряд ли бы там «прокатила» сказка о «коммерческих рисках».
Хотя… в чём «отвага» «рискового руководителя» состояла, предположить можно. Обманывая партнёров, как раз и полагался господин Рыбаков на таких вот правоохранителей и судей, поощряющих, по сути дела, безнаказанность, и порождающих беззаконие.
Историй, подобных этой, к сожалению, я знаю множество. И это по-настоящему пугает.
Почему мы называем девяностые годы «лихими», «бандитскими»? Потому что власть не могла защитить людей бизнеса. Соответственно, предприниматель, как мог, защищал свои интересы сам, и прав был тот, у кого «круче» «крыша», кто первый успел нанять киллера. Государство и власть были слабы. Но почему это происходит сегодня, и станем ли мы по-настоящему сильными при таком пренебрежительном отношении к законным интересам налогоплательщиков, большой вопрос.
В Красноярске, между тем, опять «постреливают». Может, это происходит, в том числе и потому, что кто-то уже отчаялся найти правду в судах?

Дмитрий ГОЛОВАНОВ

Leave a Comment