Рубрики
Коррупция Расследования Статьи Эвенкия

Приоритетный распил с освоением

  • «Пробить» в бюрократических лабиринтах приоритетный инвестиционный проект в сфере освоения лесов, удаётся редкому счастливчику. Но ещё сложнее остаться с таким «счастьем» на свободе. Вот, например, относительно свежая новость: экс- глава компании «Краслесинвест», реализующей приоритетный инвестиционный проект по созданию лесоперерабатывающего комплекса в Богучанском районе, использовал заготовленную древесину на цели, не связанные с реализацией приоритетного инвестпроекта. То есть, злоупотребил доверием государства. Теперь воспарившего к неправедным благам небесным экс — генерального директора Андрея Черкашина приглашают на «посадку». Красноярская прокуратура уже утвердила обвинительное заключение по уголовному делу. Это далеко не первая и не последняя криминальная история в сфере «освоения» сибирских лесов. Примеров тому, как на самом деле работают многие реализаторы этих самых «приоритетных инвестиционных проектов»  предостаточно. Правда, далеко не всегда, к сожалению, правоохранительные органы проявляют принципиальность и зоркость. Иногда они вдруг становятся на удивление близорукими…  

Об одной такой истории, которая так и не заинтересовала наши правоохранительные органы, мы  рассказывали в журналистском  расследовании «Распил по законам тайги»  https://krasrab.ru/news/stati/14767 . Суть её в том, что руководители ООО «Красноярский центр строительства», реализующий приоритетный  инвестиционный проект «Организация лесоперерабатывающего производства в п.Чемдальск», ухитрились за  время его реализации  (с 2017 года) внести в проект  изменения, которые позволяют увеличить объём перерабатываемой древесины в два раза. Как следует из актуализированного инвестиционного проекта ООО «КЦС»: «Потребность в лесных ресурсах выросла с 522,3 тыс. куб. м до 1 043,1 тыс. куб. м».

А в сентябре 2020 года  Приказом Минпромторга России от 14.10.2020 №3500 снова были внесены изменения в этот инвестиционный проект, благодаря которым «реализаторы»  инвестпроекта ООО «Красноярский центр строительства » (далее КЦС) получили  право не только на производство и реализацию пиломатериала, но и на продажу баланса.    

 (Баланс (балансы, древесина балансовая) — бревно (круглое или колотое), заготовленное преимущественно из вершинной части ствола…)

То есть, «реализаторы» сначала заверяют комиссию, что лес будут рубить только  для производства  пиломатериалов, а потом, после того, как  инвестпроект  утвержден, они   начинают  вносить в него изменения. Как тот проходимец, который сначала просится в дом, чтобы воды напиться, а потом, переступив порог, заявляет:

— Я бы, кстати, и пожрал чего-нибудь, да и переночевать мне негде…     

Именно для таких ушлых дельцов и придумана строка в законодательстве о том, что в инвестиционный проект нельзя вносить изменения более двух раз. Но когда их такие пустяки останавливали? Когда разгулялся аппетит, лазейка в законодательстве всегда отыщется…  

Например,  Красноярский центр строительства заявил новый инвестпроект. Теперь это уже не «организация  лесоперерабатывающего производства», а его «модернизация».  В заявке, одобренной Минлесхозом,  так и указано:

«Модернизация лесоперерабатывающего производства в п.Чемдальск Красноярского края».

Проект приказа министерства лесного хозяйства Красноярского края об отборе заявки ООО «КЦС» «Модернизация лесоперерабатывающего производства в Красноярском крае.
Таким образом,  не закончив реализацию одного инвестпроекта, хозяева КЦС, по сути, на его основе придумали другой. Проект Приказа  об отборе заявки  этого  нового инвестпроекта размещен на сайте Министерства лесного хозяйства Красноярского края  9 сентября 2021 года.  

В рамках отобранного в качестве приоритетного нового  инвестпроекта  Красноярский центр строительства   получит  еще 199 786 (!!!)  га отборных лесных угодий на его  реализацию.

Заявка и настоящий приказ направлены в адрес Федерального агентства лесного хозяйства для согласования. А то, что в этом ведомстве заявку согласуют, мы не сомневаемся. 

 Инвестпроекты  отбираются  Министерством лесного хозяйства Красноярского края в перечень приоритетных по весьма своеобразной, я бы даже сказал, странной шкале. Комиссия руководствуется Постановлением Правительства Красноярского края N 625-п от 23.10.2018 «Об утверждении значений целевых показателей критериев оценки приоритетных инвестиционных проектов в области лесов». Так вот, по мнению Счётной палаты Красноярского края ( инф. бюллетень N 2 от 2019 года)

«… при этом минимальное количество баллов, необходимое для заявки, не установлено. Соответственно, любой инвестиционный проект, даже, если он в соответствии с этим Постановлением не наберёт ни одного балла, может быть отобран для включения в перечень Приоритетных инвестиционных проектов с предоставлением в аренду лесных участков без проведения аукционов». 

Кроме того в числе показателей оценки инвестиционного проекта, установленных постановлением №625, отсутствуют показатели, учитывающие взаимодействие инвесторов и общин коренных малочисленных народов Севера пот вопросам компенсации убытков, причиненных территориям традиционной хозяйственной деятельности в связи с вырубкой леса. Бюллетень Счетной палаты был составлен в 2019 году. Но никаких изменений в постановление 625–п внесено не было.

Про Ерёму и Фому

В прошлом году нам поступила информация о нещадных  вырубках и  вывозе  круглого леса с территории, отданной ООО «Красноярский центр строительства» под реализацию приоритетного инвестпроекта, и  мы  решили  увидеть своими глазами, как он реализуется на практике.  Но не тут- то было. Посреди эвенкийской тайги  журналистам преградил дорогу шлагбаум. Ни редакционное задание, ни удостоверение  на охранников действия не возымели. Точнее – возымели, но совсем не то, которое бы хотелось. Было вызвано «подкрепление», и нам настоятельно порекомендовали разворачиваться и убираться восвояси…  Этот инцидент, мы расценили, как воспрепятствование  журналистской деятельности.

О том, что в тайге, на территории, которая никому не принадлежит и не находится в аренде, самовольно установлен контрольно-пропускной пункт, и о воспрепятствовании журналистской деятельности  мы сообщили в ГУВД Красноярского края и в краевое министерство лесного хозяйства. Но они никаких нарушений в действиях руководства КЦС не увидели. Об этом мы рассказали в  журналистском расследовании  «Белые пятна таежной пустыни» https://krasrab.ru/news/stati/11800

На  запрос председателя Союза журналистов России Владимира Соловьёва по факту воспрепятствования журналистской деятельности на территории Эвенкийского района министерство лесного хозяйства за подписью А.Бикбова ответило, что по  обращению, поступившему из прокуратуры Красноярского края  «.. было организовано выездное контрольное мероприятие,  в ходе которого на лесном участке, указанном в обращении, на полосе отвода дороги в выделе 6 квартала 324 Чемдальского участкового лесничества КГБУ «Тунгусско-Чунского лесничество» зафиксировано расположение жилого вагончика на колёсах с табличкой КПП-1 ООО «КЦС»,  силами ООО «Красноярский центр строительства» организовано дежурство для движения служебного транспорта предприятия. Других построек и сооружений, в том числе ограничивающих проезд автомобильного транспорта , на указанной территории и на всём протяжении дороги, ведущей к производственной площадке ООО «Красноярский центр строительства» не установлено. Нарушений лесного законодательства  в ходе проведенного контрольного мероприятия не выявлено».  Такие ответы чиновников даются по принципу «Они нам про Фому, а мы им про Ерёму»:  мы  им про воспрепятствование  журналистской деятельности и самовольно установленный КПП, охрану, которая препятствует проезду по дороге, а они нам – «нарушений лесного законодательства не обнаружено».

Подобный ответ был получении и  от начальника Отдела МВД РФ по Эвенкийского района  Е.А.Сизикова . Нам сообщили, что заявление  от 21.10.2020 года о незаконных действиях ООО «КЦС» рассмотрено, в ходе проведенной проверки  оснований  для возбуждения уголовного дела, либо дела об административном правонарушении не получено.     

То есть видео с кадрами, где  в тайге, на территории, которая  не включена в договор аренды, заключенный Минлесхозом  с   ООО «КЦС»,  стоит самовольно возведенный контрольно–пропускной пункт, охрана преградила дорогу и не пропустила журналистов, доказательством нарушений ни для чиновников, ни для правоохранительных органов не является.

Самовольное КПП посреди тайги, установленное КЦС. «Проезд по территории Российской Федерации предприятия запрещён!» — решили хозяева предприятия.
 А то, что "реализатор"  инвестпроекта  самовольно вывозил баланс (брёвна),  нарушая  условия инвестпроекта (этот факт официально зафиксирован в журналах учета транспорта   предпринимателем  Федоровым) не нарушение? В одном из своих ответов  прокуратура написала, что условия инвестпроекта позволяют вывозить баланс. Вот только разрешение на его вывоз Красноярский центр строительства получил  в октябре 2020 года. А  договор с  ИП Саёлкиным  на вывоз этого леса ООО «КЦС»  заключило с  января 2020 года.

Департамент лесного хозяйства по Сибирскому федеральному округу наконец-то обратил на это внимание и направил соответствующую информацию в прокуратуру для принятия мер прокурорского реагирования. Правда прокуратура опять не очень торопится дать на эту ответ.

Сколько же за этот  период  вывезено баланса ( брёвен)  выяснить и министерству, и правоохранительным органам легко, стоит только запросить сведения  там, где они есть. Например у АО «Группа «Илим» , которая на своем КПП тоже ведет такой учёт для расчёта платы за проезд всем, кто возит лес из тайги. Было бы желание. Но такого желания у Министерства лесного хозяйства нет. Но, может, оно появится у силовых структур?    

Индивидуальный предприниматель Федоров на свою голову, увидел и зафиксировал то, что видеть было не положено. Не за это ли Министерство лесного хозяйство  через  суд расторгло с ним договор аренды? Не согласившись с решениями судов, Фёдоров направил кассационную  жалобу   в Арбитражный   суд Восточно-Сибирского округа.        

 Без суда не выловишь рыбку из пруда

В декабре 2019 года Министерство  лесного хозяйства заключило договор аренды с Федоровым на строительство, эксплуатацию и реконструкцию линейного объекта (автомобильной дороги). Он  не относится к объектам  лесной инфраструктуры (лесным дорогам),  которые   возводятся лесозаготовителями  для перевозки леса.

 Так как по арендованной Федоровым  территории   ежедневно двигались  лесовозы, возможность строительства линейного объекта была затруднена, кроме того Федоров уже понёс  расходы по содержанию  и обустройству арендованной территории. В сентябре 2020 года предприниматель поставил вагончик на арендуемой территории и шлагбаум, завёз технику.

ИП Фёдоров завёз на арендованный участок технику, чтобы заняться реконструкцией лесной инфраструктуры. Но, видимо, лесозаготовителям хорошие дороги не нужны…

За  эти действия в  отношении него был составлен протокол об административном правонарушении, в котором указано, что Фёдоров ограничил доступ в лес гражданам, нарушив статью 11  Лесного кодекса. Эта статья   закрепляет право граждан свободно и бесплатно пребывать в лесах и для собственных нужд вести заготовку и сбор ягод , грибов, орехов и других  недревесных лесных ресурсов. Но в материалах дела нет ни одного заявления от физических лиц о том, что кому-то преградили доступ в лес.
Может быть.  хозяйствующие субъекты на своих лесовозах отправились в лес за грибами?  

 В отношении Фёдорова было возбуждено уголовное дело по  части 1 статьи 330 Уголовного кодекса (самоуправство).  Федорову вменяют то, что он   ограничил доступ  на свой арендованный участок хозяйствующим субъектам, их лесовозам, тем самым они понесли убытки.
Так про кого же всё-таки идёт во всех  этих документах речь, если исходить из документов об административном правонарушении, то  это – граждане. А если из материалов уголовного дела – хозяйствующие субъекты?
Уголовное дело прекращали несколько раз. Но прокуратура Эвенкийского района  уже в который раз  требует возобновить уголовное дело  по причине того, что «… не проведена     бухгалтерская экспертиза, по установлению фактических данных о финансово- хозяйственной деятельности  потерпевших, за период ограничения проезда, связанных с расходами  по работе в простое транспорта, выплате заработной платы и иными расходами, которые понесены  в связи с незаконным ограничением проезда.  При отсутствии  оценки указанных данных размер причиненного потерпевшим ущерба  и его существенность, не определены».

Но , вообще-то, чтобы возбудить уголовное дело за самоуправство, которое повлекло убытки, закон требует эти убытки сначала определить, то есть назначить экспертизу, провести анализ финансово-хозяйственной деятельности.

В этом  же случае телега поехала впереди лошади.  

Оппоненты Фёдорова заявляют, что ему  была предоставлена в аренду уже существующая лесная  дорога, которую построила АО «Группа «Илим». Не зря же эта компания берёт в Усть-Илимске (то есть, на территории Иркутской области) со  всех заготовителей за проезд деньги. Однако, никаких документов, доказывающих  принадлежность   АО «Группе «Илим» лесной дороги,  которая проходит там, где находится арендованный Фёдоровым участок (а это уже территория Красноярского края) в дело не предоставлено.          

 Министерство лесного хозяйства  вообще  заявило, что не знало о существовании лесной дороги, поэтому и заключило договор аренды, утвердило проект освоения лесов и ряд других документов. И это заявляет  орган власти, который должен вести контроль и учет лесных объектов?!

Кроме того,  по утверждению Минлесхоза, Фёдоров, нарушил  договор аренды, препятствуя свободному доступу граждан в лес и поэтому  договор аренды  с Федоровым необходимо расторгнуть.

Как правило, договоры аренды расторгаются, когда одна из сторон  нарушает условия договора. В этом случае получается совсем наоборот: Федоров, выполняя условия договора аренды, начал строить линейный объект – дорогу.  Каким образом этими  действиями он нарушил интересы стороны договора – Министерства лесного хозяйства? Какой ущерб понесла сторона?

Тот факт, что Министерство не знало о наличии лесовозной дороги, предоставляя Фёдорову участок для строительства линейного объекта, вряд ли  можно считать причиной для расторжения договора аренды. Ведь наличие лесовозной дороги, как объекта  лесной инфраструктуры на лесном участке,  не является препятствием  к тому, чтобы строить и эксплуатировать линейный объект (автомобильную дорогу с усовершенствованным покрытием)? Разве от  этого дорога станет хуже?

Фёдоров не согласился с предложением  министерства о расторжении договора аренды. Поэтому Министерство обратилось  с исковым заявлением в Арбитражный суд, который принял решение о расторжении договора, решение было оставлено в силе Третьим арбитражным апелляционным  судом. По мнению ответчика,  суды  этих двух инстанций не  дали оценку тому факту, что он обжаловал в Тунгусско-Чунском районном суде предостережение и представление прокуратуры Эвенкийского района,  но до настоящего времени судебный акт не изготовлен и не вступил в законную силу.

На 10 декабря 2021 года на сайте Тунгусо-Чунского районного суда информации по делу предпринимателя Фёдорова нет.

А также, считает, что суды неправомерно   руководствовались постановлением об административном наказании, составленным на него «КГКУ»  «Лесная охрана» от 30.11.2020, которое  было им  обжаловано, и по которому  тоже до сих пор решение Тунгусско – Чунским судом не принято. 

Шли машины тёмным лесом…

  Когда в сентябре 2020 года Фёдоров  ограничил доступ к своему арендованному участку, ему,   можно сказать, устроили показательную  порку. На  участке дважды приземлялись  вертолеты с проверяющими, с ними  были  и люди с видеокамерами. Они  снимали всё происходящее на камеру, и вскоре ролик,  рассказывающий  о перекрывшем дорогу лесовозам  Фёдорове,  разошёлся по всем социальным сетям.

В отношении Фёдорова возбудили уголовное дело за самоуправство по  заявлению ООО «КЦС», ИП Саёлкина и ООО «Кодинское» . Убытки хозяйствующих субъектов,  которые учитываются при возбуждении уголовного дела по такой статье,  ни на тот момент, ни в настоящее время не установлены. Установить их может только суд.   Интересно, считающий себя понесшим  убытки  ИП Саёлкин,  знал, что  вывозит с территории  реализатора  приоритетного инвестпроекта ООО «КЦС»  незаконный  баланс (брёвна) и пиловочник (круглый лес)? И  какова его роль  в этой ситуации: физическое лицо – гражданин, которому запретили  проезд по лесу за грибами и ягодами  или хозяйствующий  субъект — перевозчик круглого леса, который  незаконно заготовил «реализатор» приоритетного инвестпроекта?    

А может, истина здесь в том, что кто-то очень хочет спрятать «приоритетный  инвестиционный проект», превращающий нашу сибирскую тайгу в безжизненную пустыню, от посторонних ушей и глаз?

Дмитрий Голованов –  руководитель Бюро журналистских расследований «Факт»,  председатель Союза журналистов Красноярского края.

Рубрики
Расследования Статьи Эвенкия

Инвестпроект, в натуре…

ООО «КЦС» и АО «Группа Илим», занимающие верхние строчки среди крупнейших заготовителей и переработчиков леса в России, засветились в сомнительных делах. В эвенкийской тайге идут «санитарные» вырубки леса, которые явно походят на лесозаготовку. В Красноярском крае никто, кроме крупных компаний, не может свободно чувствовать себя в подготовке дорог, заготовке древесины. К местным небольшим предпринимателям некие персонажи применяют почти бандитские методы давления.

Причём о том, как именно этот «круг лиц» хозяйничает в тайге, узнать довольно сложно. Вот, например, широко разрекламированный инвестиционный проект общества с ограниченной ответственностью «Красноярский центр строительства» (ООО «КЦС»), или попросту КЦС.

Миллион кубометров под топор

«Глубокая переработка древесины», «новые рабочие места», «развитие инфраструктуры»… Всё это, конечно, хорошо. Но если изучить спутниковую съёмку местности, на которой построили завод, то можно отчётливо увидеть, что вырубка леса и строительство здесь начались гораздо раньше, чем был заключён договор аренды с ООО «КЦС» в 2016 году. Такая «прозорливость» может говорить лишь об одном: там, где надо, обо всём договорились заранее. Другой интересный факт: место под завод расчищалось от леса под видом «санитарной рубки». То есть не предприятие платило государству за возможность заготовить деловой лес, а бюджетной казне пришлось раскошелиться за расчистку «заражённой» территории. Ловко, не правда ли? При этом, судя по тем же спутниковым снимкам, тайга «болела» какими-то подозрительно аккуратными квадратами. Такой странный «диагноз» поставили здешней тайге в Тунгусско-Чунском лесничестве.

Посмотреть, что называется, в натуре, как идёт заготовка древесины на КЦС, не представляется возможным: подъезды к местам, где идёт заготовка древесины, надёжно перекрыты шлагбаумами. Стоит КПП, кстати, на нейтральной территории, посреди тайги, без всяких разрешительных документов. По крайней мере машину с журналистами через это КПП не пропустили, несмотря на предъявленное редакционное задание и удостоверение. То, что КПП стоит незаконно, подтвердил в телефонном разговоре и руководитель Тунгусско-Чунского лесничества Валерий Дюрягин. Мы ждём по этому поводу объяснений от руководства КЦС, но пока на наш запрос никакого ответа не поступило.

Ещё один интересный факт. Как следует из актуализированного инвестиционного проекта ООО «КЦС», «потребность в лесных ресурсах выросла с 522,3 тыс. кубометров до 1043,1 тыс. кубических метров. То есть ежегодный объём заготавливаемой древесины вырос вдвое и превысил миллион кубов! Для того чтобы внести изменения в инвестиционный проект, необходимо было заново согласовать во всех инстанциях эту цифру, но никаких следов этих согласований мы не нашли…

Акулы лесного бизнеса

Кстати, шлагбаумы в тайге, в местах, где заготавливается лес, не редкость. Устанавливают их, как правило, крупные игроки лесного рынка, мотивируя это тем, что им надо содержать дороги, по которым заготовители возят лес. Впрочем, это не мешает им поступать в духе Остапа Бендера, который собирал деньги на «ремонт Провала».

Вот что, например, по телефону рассказал нам коммерческий директор компании «Лидер Трейд» Владимир Литвинский:

– Контрольно-пропускной пункт ООО «Кодинское» явно установило с единственной целью – брать мзду именно с нашей компании. Мы выполняли государственное задание: производили санитарную рубку и вывозку леса, который расположен рядом с участками ООО «Кодинское». Нам предложили поистине кабальные условия: заключить договор, по которому мы должны произвести ремонт лесной дороги в течение 10 дней по завершении вывозки древесины, кроме того, по этому договору мы обязаны были платить ООО «Кодинское» ежемесячную плату в размере 300 тыс. рублей. Но и этого мало: мы должны были внести обеспечительный платёж в размере 7,5 млн рублей, на случай если вдруг мы повредим «линейный объект» лесовозами. Понимая, что «хозяева дороги» нашли бы любой предлог, чтобы не возвращать нам «обеспечительный платёж», мы такой договор подписывать отказались и стали возить лес объездными путями. Это привело к удорожанию работ. А ведь мы, напомню, занимаемся санитарными рубками по государственному контракту, то есть с нас, по сути, ООО «Кодинское» в лице Сергея Медведева попыталось получить бюджетные деньги. Мы направляли жалобы по этому поводу во многие инстанции, однако никакой реакции на это нарушение не последовало. Длина дороги составляет всего 10 километров.

К моменту приезда нашей редакции ООО «Кодинское» в спешном порядке разобрало КПП.

Самый крупный лесозаготовитель в России – АО «Группа «Илим» – имеет свой филиал в Усть-Илимске, который, по всей видимости, тоже не брезгует сомнительными поборами.

В течение довольно долгого времени они взимали с лесовозов плату за проезд 245 километров по так называемой Капаевской магистрали – безобразной «убитой» дороге. Встретить здесь зимой перевёрнутый лесовоз – обычное дело. «Илим», как уверяют лесозаготовители, содержанием дороги не занимается… Мало того, не так давно выяснилось, что в собственности предприятия находится всего 96,8 километра «магистрали», которые проходят по территории Иркутской области. За остальные почти 150 километров брать плату предприятие не имело никакого права. По крайней мере ряд предпринимателей намерены истребовать в арбитражном суде свои незаконно, по их мнению, выплаченные деньги.

А вот как поступают «акулы лесного бизнеса» с теми, кто возомнил себя им ровней.

ИП Фёдоров, который занимается заготовкой древесины не первый год, также решил взять в аренду лесной участок, чтобы построить нормальную дорогу. Заключил с министерством лесного хозяйства Красноярского края договор аренды, разработал проект, завёз технику, поставил шлагбаум, балок для работников, дорожные знаки, заключил договор с охранным предприятием на охрану объекта строительства и направил в адрес юридических лиц и индивидуальных предпринимателей коммерческое предложение о заключении договоров на право проезда по его линейному объекту большегрузной техники и о возмещении вреда, нанесённого дороге крупногабаритным транспортом.

Реакция последовала незамедлительно: человек, представившийся учредителем компании КЦС Салаватом Керимовым, позвонил Фёдорову и, густо пересыпая свою речь матом и блатной феней, угрожая групповым изнасилованием, потребовал убрать шлагбаум (аудиозапись имеется в редакции). Вот такие у нас в лесной отрасли Красноярского края «инвесторы». Кроме всего прочего, звонивший пригрозил «возомнившему о себе» предпринимателю расправой со стороны «органов». И, как выяснилось, слов на ветер он не бросал. Через несколько дней возле КПП Фёдорова приземлился вертолёт, из которого вышел сотрудник эвенкийской прокуратуры. Шлагбаум опечатали, документы у Фёдорова изъяли. Через несколько дней вертолёт с проверяющими прилетел ещё раз. Надо заметить, что вылет скорее всего осуществлялся из Красноярска, потом борт «залетал» в Эвенкию, чтобы захватить работника прокуратуры, а потом уже мчался к северной границе с Иркутской областью, где, собственно, и стоял КПП Фёдорова. По нашим скромным подсчётам, налёт составил не менее 10–12 часов. Один вертолётный час стоит порядка 200–250 тыс. рублей. В годовую заработную плату 5–6 квалифицированных врачей или педагогов обошлись эти вояжи. Кто их оплачивал – бюджет или спонсоры, мы обязательно выясним.

«Третьи лица» и их интересы

Нужны ли шлагбаумы на таёжных дорогах, кто должен содержать лесные дороги и на каких условиях – вопросы, на которые однозначного ответа нет. Есть проблема государственного уровня: лес – наше всеобщее достояние; его заготовка, всё, что связано с ней, должно быть цивилизованно, прозрачно и понятно. И то, что условия для всех игроков рынка должны быть равными, думается, сомнений ни у кого не вызывает. Напомним, что в октябре нынешнего года на заседании коллегии Генеральный прокурор РФ Игорь Краснов потребовал активнее возбуждать уголовные дела в отношении сотрудников правоохранительных органов, которые причастны к давлению на предпринимателей.

Возможно, происходящее в эвенкийской тайге и есть такой случай? Слишком уж много совпадений. Так, например, жалобу в правоохранительные органы на Фёдорова написал некто Саёлкин, индивидуальный предприниматель и руководитель ООО «Сибтранскс» – компании, которая занимается лесоперевозками. Саёлкин в том числе вывозит лес с завода Красноярского центра строительства. Он же обратился в суд с требованием к ИП Фёдорову о возмещении ущерба.

Между тем соучредителем и партнёром Владимира Геннадьевича Саёлкина является некий Артём Петрович Каленюк, а полицию города Усть-Илимска возглавляет Игорь Петрович Каленюк. Может, это как раз тот случай, когда надо Генеральной прокуратуре более детально разобраться в ситуации? Нет ли тут случайно интересов «третьего лица»? Предприниматели Усть-Илимска уже давно называют за глаза начальника местной полиции Игоря Петровича Каленюка «ИП Каленюк». По крайней мере нам непонятно, почему на один шлагбаум в тайге такая бурная реакция со стороны правоохранительных органов, а на наличие других незаконных объектов они не обращают никакого внимания?

Надо заметить, что в недрах министерства лесного хозяйства есть интересная бумага: по итогам экспертизы, которую по поручению Федерального агентства лесного хозяйства проводили специалисты ФГБУ «Рослесинфорг» и ФБУ «Российский центр защиты леса». Федеральное агентство лесного хозяйства направило представление об отмене приказов министерства лесного хозяйства, касающихся освоения лесов по договорам аренды Красноярским центром строительства, в связи с выявленными нарушениями требований лесного законодательства. Приказы были проигнорированы.

Следует отметить, что сообщения о возбуждении уголовных дел в лесопромышленном комплексе в последнее время появляются с завидной регулярностью. Летом прошлого года в аэропорту Шереметьево сотрудниками ФСБ был арестован министр лесного комплекса Иркутской области Сергей Шеверда. Нынешней осенью под следствие попал красноярский министр соответствующей отрасли Димитрий Маслодудов. И есть все основания полагать, что на этом криминальная хроника в лесном хозяйстве Сибири не закончится.

Проблемой неконтролируемого экспорта и вырубки леса ещё в феврале прошлого года озаботилась и спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. Тогда она предложила правительству приостановить экспорт леса и проверить договоры на аренду угодий. По словам Матвиенко, лесной отраслью «рулит преступный теневой сектор». Судя по тому, что сделать это до сих пор не удалось, своего влияния пресловутый «сектор» пока не утратил.

И, как полагают специалисты, высокая маржинальность незаконного бизнеса настолько высока, а законы и отраслевые нормативы расплывчаты, что многие чиновники предпочитают рисковать.

Ведь лес – наше богатство.

Ну, в натуре…

Дмитрий Голованов

Руководитель Бюро журналистских расследований «Факт».

Рубрики
Расследования Статьи Эвенкия

За орден – по заслугам

9a02fcf16377ff0c1e4a557cfff0a472

В отличие от своего блистательного однофамильца, глава Эвенкии Петр Иванович Суворов высокими государственными наградами не избалован. Но, слава Богу, в наш просвещенный век, чтобы заполучить усыпанный брильянтами и рубинами орден, не нужно брать Измаил или штурмовать альпийские перевалы… Зачем, когда есть фирмы, изготавливающие и раздающие, а точнее, продающие так называемые «общественные награды»?! Поэтому он решил «побаловать» себя сам.

Рубрики
Расследования Статьи Эвенкия

Запрограммированный развал

Эвенкийские чиновники распоряжаются бюджетными деньгами, как своими собственными

1947

Когда-то, более ста лет назад, благодаря загадочному небесному телу, упавшему в эвенкийской тайге, название села Ванавары стало известно всему миру. Гремит оно и сейчас. Правда, пока в масштабах края. Причем, гремит в самом прямом смысле этого слова – то котёл отопительный взорвется, то пары нефти в хранилище. То вообще нефтяная смесь потечёт из водопроводных кранов. И виноваты в этих бедах и злоключениях ванаварцев не таинственные космические силы, а вполне конкретные чиновники, доведшие село до такого состояния.

Рубрики
Расследования Статьи Эвенкия

Ссудный день

Эвенкийские чиновники распоряжаются бюджетными деньгами, как своими собственными

782

На карте края северный поселок Ванавара, похоже, становится перманентной зоной стихийного бедствия. В декабре 2010 здесь взорвался паровой котел, погиб работник котельной, десятки зданий остались без тепла. Ребятишек из замерзающего детского дома пришлось самолетами вывозить на «большую землю»…

Рубрики
Расследования Статьи Эвенкия

Улётная сессия

Эвенкийские чиновники распоряжаются бюджетными деньгами, как своими собственными

vertolet

Рубрики
Расследования Статьи Эвенкия

Отмороженные миллионы

Эвенкийские чиновники распоряжаются бюджетными деньгами, как своими собственными

foto_sergeya_filinina

Над эвенкийским селом Ванавара нависла угроза коммунальной катастрофы. На 14 мая 2012 года отгрузка ГСМ в населенный пункт, все котельные которого работают на нефтепродуктах, еще не была начата. Между тем, находится Ванавара на Подкаменной Тунгуске — реке, которую называют «условно судоходной». Из-за мелкого каменистого дна речные суда с необходимыми грузами могут добраться до села лишь по весеннему половодью. Но даже во время «большой воды» всевозможные шивера и пороги требуют от речников виртуозного мастерства. Соответственно, должны работать и эвенкийские власти — оперативно организовать погрузку и разгрузку судов, прибывших к месту назначения, вовремя уладив все формальности. Как раз с «формальностями» промашка-то у властей и вышла.