ФИЛАРМОНИЯ СТРОГОГО РЕЖИМА

Разговоры о том, что в Красноярской краевой филармонии с приходом нового директора Евгения Васильевича Стодушного стали происходить нехорошие вещи, ходят давно.

Уже второй год в Красноярском симфоническом академическом оркестре массово увольняют музыкантов. Помимо уже покинувших стены филармонии артистов и сотрудников есть те, кто находится в процессе увольнения и собирается в суд.

Люди творчества в этом учреждении культуры на «вторых ролях», получают заработную плату в разы меньше представителей вспомогательных служб, так называемого «менеджмента». Артисты и музыканты подавлены и запуганы.

Прошлогоднее коллективное обращение коллектива симфонического оркестра к власти не принесло никаких результатов… Более того, казённые ответы заместителя губернатора, трудовой инспекции, министра культуры не решили проблему, а только усугубили её.
https://krsk.sibnovosti.ru/culture/381520-pokazatelnaya-porka-v-krasnoyarskom-simfonicheskom-orkestre

Неладно что-то в датском королевстве

Материал, который подготовили в прошлом году журналисты интернет- издания Sibnovosti.ru о непростой ситуации в симфоническом оркестре, чиновники от культуры назвали эмоциональным, с фактами, не имеющими места быть. Но выход материала запустил карательный маховик в филармонии, что послужило причиной появления новой публикации.

Последней каплей, свидетельствующей о том, что далеко не всё в порядке в «датском королевстве», стало увольнение редактора маркетинга и рекламы филармонии Веры Кириченко, достаточно известной и авторитетной в крае журналистки. Мы решили поддержать коллегу. В социальных сетях, а потом и в «Красноярском рабочем» прозвучала обеспокоенность сложившейся ситуацией, тем, что приезжий директор столь пренебрежительно разбрасывается кадрами.

Мы сами, откровенно говоря, не ожидали, что это произведёт эффект разорвавшейся бомбы. Нам стали звонить, писать артисты и музыканты: «Хоть кто-то поднял эту проблему, может быть, вы, журналисты заступитесь за нас?», «Нашу культуру пытаются лишить красноярской идентичности, уничтожаются традиции, заложенные Годенко, Шпиллером и другими великими мастерами».

Такова была общая тональность обращений. Настолько ли всё серьёзно? Для того чтобы разобраться в сложившейся ситуации, мы встретились и с музыкантами, и с уволенными сотрудниками филармонии, и с генеральным директором филармонии Евгением Стодушным, и с главным дирижёром оркестра Владимиром Ланде. Поговорили с руководителями малых коллективов филармонии, председателем профсоюзного комитета филармонии Андреем Кульмановым, получили по телефону комментарий от министра культуры Красноярского края Аркадия Зинова.

Естественно, мнения услышали разные: у руководства филармонии одна позиция, у артистов и музыкантов — противоположная. По уверению последних, проблемы начались с приходом в филармонию нового генерального директора Евгения Стодушного:

«Наша жизнь превратилась в сплошное написание служебных и объяснительных записок, для которых заведён специальный ящик». «Творческих людей приучают к палочной дисциплине, что негативно сказывается на качестве работы».

Как в больших, так и в малых коллективах филармонии жалуются на то, что дирекция принимает авторитарные решения, порой не учитывая мнения руководителей этих коллективов. Например, в «Свободном балете» Валерия Терёшкина были сокращены четыре ставки без его ведома, а в качестве директора был настоятельно рекомендован «свой человек» из Москвы.

Лишь только после вмешательства губернатора Александра Усса художественному руководителю было «позволено» взять директора, который устраивал именно его, а коллективу вернули ставки, правда, три вместо четырёх.

В государственном академическом ансамбле танца Сибири имени Михаила Годенко до сих пор нет художественного руководителя. При этом Аркадий Зинов, заступая на должность министра культуры края, заявлял журналистам, что решение этого вопроса у него в приоритете.

На сцену мы идём не для наград?

Очень неохотно в филармонии представляют артистов к наградам и званиям. Разве что «на выходе», как например, поступили с первой скрипкой симфонического оркестра Заслуженным артистом РФ Валерием Ефремовым.

Известная и любимая красноярцами джазовая певица Вероника Махотина удивлена тем, что в отделе кадров нет копий её грамот, документов о присвоении звания «Заслуженный работник культуры Красноярского края». По словам певицы, ей навешивают ярлыки: «Невостребованная», «У Махотиной пустые залы». По факту это далеко не так!

Вероника — Заслуженный работник культуры Красноярского края, имеет множество грамот, различные награды за победы в творческих конкурсах. В 2021 году артистка отмечает юбилей. Не видя инициативы со стороны работодателя по поводу награждения, она была вынуждена сама задать этот вопрос в отделе кадров. На что получила ответ, что её кандидатуру в этом плане не рассматривают.

Мы задали вопрос о непростой обстановке в коллективе филармонии министру культуры Аркадию Зинову. Он заверил, что в курсе всего происходящего во всех подведомственных его ведомству учреждениях:

— У многих артистов есть мой телефон, они могут мне свободно позвонить в любое время. Я постоянно хожу на спектакли и концерты.

Вероника Махотина сказала, что хотела бы тоже увидеть Аркадия Владимировича на своих выступлениях, ведь это своего рода честь для творческих коллективов.

В конце года, 29 декабря, у Вероники был большой отчётный концерт, к которому она и её коллектив «Мэйнстрим-бэнд» давно готовились. Все билеты были раскуплены заранее. Однако состоится ещё концерт и 9 января.

Надо отметить, что этот концерт, как снег на голову, обрушили на голову Вероники в конце декабря. Может быть, руководство филармонии узнало о встрече Махотиной с журналистами и решило её таким образом проучить?

Как вы думаете, сможет ли публика, расслабившаяся на каникулах, не успевшая ничего узнать об этом событии из-за несвоевременной рекламной кампании, сообразить, что в филармонии на 9 января намечено выступление Махотиной и успеть купить билеты? Думаем, что это довольно сложно. Зато очень легко снять на камеру неполный зал и выложить козырь: «На Махотину никто не ходит».

Посетовала Вероника и на тяжёлое материальное положение. Она растит сына одна, и денег порой не хватает лишь на самое необходимое. А ведь она в своём малом коллективе «Мэйнстрим-бэнд » работает и за директора, и за художественного руководителя, и за солиста.

Директор филармонии ответил по этому поводу, что из шести малых коллективов только у Махотиной нет художественного руководителя и директора. Она — только солист, её функционал — составить свой репертуар, остальную работу выполняет продюсерский отдел. А оплата у Махотиной стала даже выше, чем при прежнем руководителе.

Пируэты от культуры

За последние два года из филармонии ушло огромное количество человек, и не только артистов. А ведь многих, по словам наших собеседников, попросивших не называть их имена, вынудили уволиться, со многими не продлены срочные трудовые договоры. Кому-то предложено перезаключить бессрочные договоры на срочные, хотя трудовым законодательством это запрещено.

Практика заключения срочных трудовых договоров очень распространена не только в филармонии. У нас сложилось ощущение, что краевое культурное ведомство понуждает людей к их заключению во многих других своих учреждениях. По нашему мнению, это такая дубинка в руках начальства. Чуть что не понравилось — освободи место.

Хотя бывают и исключения. Например, Евгения Стодушного принимала на работу бывший министр культуры края Елена Мироненко, заключив с ним 25 июня 2018 года трудовой договор сроком на один год. Однако в нашем распоряжении оказался документ, который подтверждает, что на сегодняшний день с директором филармонии уже заключён бессрочный трудовой договор. Министр культуры затруднился ответить на вопрос, почему так произошло.

А может, экс-министр Елена Мироненко, уходя с должности в октябре 2018 года, когда новый директор филармонии отработал всего три с небольшим месяца, перезаключила договор со срочного на бессрочный? Или спустя год Аркадий Зинов не стал перезаключать срочный трудовой договор, и он автоматически превратился в бессрочный?

Что это за пируэты от культуры, хотелось бы разобраться. И за что же проявлена такая лояльность к новому менеджеру, который отработал в крае чуть больше двух лет? Ведь многие директоры культурных учреждений по многу лет «сидят» как на пороховой бочке — на срочных трудовых договорах, заключённых всего на год. Или, может, такая лояльность к руководителю филармонии чем-то обусловлена?

В 2019 году министерство культуры проводило «Главную коллегию работников культуры края» на площадке КГАУГ «Красноярская краевая филармония». А вот такие закупки для этого мероприятия произвела филармония: оказание услуг по питанию участников мероприятия на сумму 442 тысячи 905 рублей, услуги по аренде светодиодного экрана размером 5х3 на сумму 195 тысяч 900 рублей.

В 2020 году для проведения Главной коллегии министерства культуры филармония снова объявила закупки: аренда светодиодного экрана на сумму 130 тысяч 500 рублей, оформление площадок на сумму 209 тысяч 800 рублей, организация питания участников коллегии на сумму 1 миллион 5 тысяч 255 рублей.

На наш вопрос, чем обоснованы эти закупки для нужд Минкультуры края бюджетным учреждением «Красноярская краевая филармония», министерство ответило, что Главная коллегия проводится ежегодно в канун Дня работника культуры с целью подведения итогов работы отрасли. Она проходит в рамках краевого конкурса учреждений культуры «Вдохновение».

Обосновано такое участие филармонии положением о конкурсе, утверждённым приказом министерства N 101 от 4.08.2010 года в редакции от 3.12.2019 года: «…согласно п. 1.2. действующего Положения о краевом конкурсе организаторами являются КГБУК «Центр культурных инициатив», КГАУ «Центр международных и региональных культурных связей» и Филармония».

Однако мы нашли положение, утверждённое приказом министерства культуры N 326 от 31.10.2011 года, в котором говорится, что «Учредителем и организатором краевого конкурса «Вдохновение» (далее — конкурс) является министерство культуры Красноярского края».

В типовом положении, которое размещено на сайте министерства, учредителем конкурса «Вдохновение» обозначено министерство культуры Красноярского края. Организаторами же указаны только два автономных учреждения: КГБУК «Центр культурных инициатив и КГАУ «Центр международных и региональных культурных связей». Филармонии среди них нет.

Положения в новой редакции от 3.12.2019 года мы не нашли, может быть, в нём, к организаторам отнесли и филармонию? Но закупки 2019 года филармонией для министерства были произведены в марте, когда новой редакции положения ещё не было.

Закупки 2020 года на проведение Главной коллегии, как следует из ответа министерства, были отменены филармонией из-за пандемии.

В ходе журналистского расследования у нас возникло много вопросов и по оплате труда артистов. И здесь вопросы не только к внутренним локальным актам учреждения. Они возникают и к нормативным актам краевого уровня.

Почему вдруг краевую целевую выплату за статус оркестра как объекта ценного культурного наследия министерство отнесло к выплатам стимулирующего характера? Коллективу присвоен высокий статус, и такое звание — это многолетняя его заслуга.

К примеру, если артисту присваивают звание Заслуженного артиста РФ, ему положена конкретная доплата к окладу. И эта доплата уже не зависит, сколько концертов он дал, болел ли или ещё по каким-то причинам в каком-то месяце не выполнял свои трудовые обязанности.

Однако прерогатива принятия решения — «дать или не дать и сколько дать» артисту коллектива, признанного ценным объектом культурного наследия, в нашем крае отнесена почему-то к компетенции генерального директора учреждения и министерства культуры.

В соответствии с краевым законодательством такая доплата не может превышать 70 тысяч рублей. Но, посмотрев расчётные листки музыкантов оркестра, мы увидели мизерные суммы. Куда и кому идут сэкономленные от этой выплаты средства, предстоит ещё разобраться.

Обращаем внимание читателей, что министерство культуры так и не ответило на журналистский запрос, каким документом и какая сумма была выделена из краевого бюджета в 2019 и в 2020 годах на персональную краевую выплату симфоническому оркестру.

В ходе расследования выяснилось, что в филармонии действует старое положение об оплате труда, датированное 2011 годом. Однако на наш запрос по этому поводу министерство культуры ответило, что в филармонии принято новое положение, которое датировано 20.08.2018 года и числится под номером 362/1-п. То есть по пришествии на должность генерального директора Евгений Стодушный сразу утвердил такой документ.

Но вот незадача. За несколько дней до получения этой информации от министерства на вопрос, заданный Евгению Стодушному,- как можно пользоваться устаревшим (от 2011 года) положением об оплате труда,- мы услышали: «Пока на этот документ никто не жаловался» (диктофонная запись сохранена).

Более того, музыканты оркестра, которые входили в комиссию по распределению стимулирующих выплат до 2019 года, сказали, что положение от 2018 года они и в глаза не видели. А бывший председатель профкома Михаил Перелыгин вовсе сказал, что профсоюз не согласовал проект нового положения, о чём он официально уведомил руководство филармонии.

Оркестр из-под палки?

По мнению тех, с кем уже удалось побеседовать, критическая ситуация в симфоническом оркестре усугубилась с приходом второго дирижёра Михаила Мосенкова, который, по словам артистов, позволяет себе грубые высказывания и даже оскорбления в адрес музыкантов на репетициях.

Мосенков — прекрасный дирижёр, но, не имея достаточного опыта, молодой человек позволяет себе унижать артистов, которые работают чуть ли не с основания этого оркестра. Все помнят случай, когда перед выступлением он резко высказался в адрес Валерия Ефремова, и как Заслуженный артист РФ потом с трудом справился с волнением на сцене: от обиды у него тряслись руки.

Нам рассказали, что в 2019 году была уволена директор оркестра Марина Крутик — профессиональный музыкант, опытный музыкальный менеджер, которая грамотно выстраивала работу коллектива, составляла репертуары и программы, договаривалась о концертах и гастролях.

Марина работала в филармонии с 2012 года. В 2018-м ей предложили должность директора Красноярского академического симфонического оркестра, пообещав заключить срочный договор на три года. Однако впоследствии заключили контракт на год, который по истечении срока не продлили.

Да Марина и сама приняла решение уйти с должности директора оркестра. Причин её ухода много, главная, на наш взгляд, сформировавшаяся после многочисленных встреч с музыкантами,- профессионал задавал слишком много вопросов руководству.

Из Екатеринбурга пригласили нового директора — Анастасию Тюкову. Она получила не только солидную заработную плату, ей оплачивают и съёмную квартиру. Сегодня, по словам артистов, это главный человек, который принимает решение — «дать им персональную краевую выплату или не дать за особый статус оркестра, и сколько дать».

Надо сказать, что филармония не отказывает себе в тратах на самих «варягов». Если посмотреть тендеры этого учреждения за 2019-2020 годы, чего там только нет: и солидные расходы на приобретение дорогой мебели в съёмные квартиры, и изготовление дорогостоящих кухонных гарнитуров, и внушительные вливания в ремонт этих самых съёмных помещений.

Неужели настолько оскудела красноярская земля талантами, что приходится завозить кадры из других мест, создавая «шоколадные условия», которые местным и во сне не снились? Вроде бы буквально через дорогу от филармонии находится институт искусств имени Дмитрия Хворостовского. Но, говорят артисты и музыканты, крайне неохотно берут в оркестр его выпускников.

Один музыкант сказал, что услышал от руководства филармонии такое мнение о выпускниках института: «Это мусор». А ведь здесь постигал азы вокала один из величайших баритонов планеты.

Оправданно ли столь радушно-щедрое приглашение в Красноярский симфонический оркестр иностранных стажёров и музыкантов при наличии столь прославленного учебного заведения? Многие из его выпускников выступают на сценах ведущих театров страны, снимаются в художественных фильмах — это говорит о высоком уровне педагогов вуза.

Помимо арендованного жилья и персональных надбавок как молодым специалистам, филармония обязана платить за иностранных работников налоги, которые совсем иные, чем для граждан РФ. В оркестре работают трое приглашённых граждан из СНГ. Но, например, подоходный налог для такого сотрудника составляет не 13, а 30 процентов.

Как выплачивает учреждение эти налоги, мы поинтересовались у гендиректора, на что он ответил: налоги платятся исправно и правильно.

«Мы проводим санацию коллектива…»

На прошлогодних собраниях сначала просили всех высказаться начистоту, а потом «высказавшихся» постепенно «начали выдавливать» из оркестра. Суровый маховик разошёлся до такой степени, что людей стали увольнять пачками.

По словам музыкантов оркестра, за сезон 2019-2020 годов были уволены 23 человека. Евгений Стодушный объясняет это, употребляя стоматологический термин: «Мы проводим санацию коллектива». То есть людей, отдавших жизнь искусству, сравнивают с разрушенными, утратившими свою функцию зубами, которые подлежат беспощадному удалению. Что ж, очень «образно», в духе «продвинутой» политики менеджмента филармонии.

Массовые увольнения оправдывают тем, что у ушедших либо были проблемы с алкоголем, либо возраст уже неподходящий, либо невысокий уровень профессиональной подготовки.

Однако среди покинувших оркестр по собственному желанию, но под давлением, а также уволенных в связи с не продлением срочных трудовых договоров, много талантливых, опытных специалистов. Например, Антон Одинцов — концертмейстер труб, известный не только в нашем крае музыкант, лауреат различных музыкальных конкурсов. Он подтвердил, что ему действительно не продлили договор, а к теме увольнения возвращаться не хочет, так как в оркестре осталась работать его жена.

Многие считают, что увольнение Одинцова связано с тем, что на собрании коллектива, которое проводилось в 2019 году в целях урегулирования конфликта между музыкантами и дирижёром, он выступил с критикой.

На наш вопрос об Одинцове Стодушный ответил, что тот не умеет работать в коллективе, поэтому с ним не продлили трудовой контракт. Однако нам дали ознакомиться с письменным обращением коллектива к генеральному директору в защиту Одинцова, которое было написано в августе 2019 года:

«…Коллектив оркестра просит вашего содействия в решении вопроса о перезаключении действующего контракта с солистом оркестра, концертмейстером группы труб Одинцовым Антоном Сергеевичем. Одинцов является лауреатом многочисленных международных и всероссийских конкурсов, одним из лучших, перспективных солистов-трубачей в Сибирском и Уральском регионах, его можно по праву назвать украшением нашего оркестра. Коллектив считает, что отказ от перезаключения контракта с Одинцовым является не более чем сведением счётов, противоречит здравому смыслу и Трудовому кодексу РФ, и будет являться большой потерей для профессионального уровня коллектива».

Уволили и скрипача Валерия Григорьевича Ефремова, Заслуженного артиста Российской Федерации, который проработал в оркестре много лет и был одним из ведущих музыкантов симфонического оркестра под управлением главного дирижёра Ивана Всеволодовича Шпиллера. Следом уволилась и его жена.

Основатель Красноярского Академического симфонического оркестра Иван Всеволодович Шпиллер, Заслуженный артист РФ Валерий Ефремов, Народный артист РФ Денис Мацуев (фото Валерия Бодряшкина)

Министр культуры Аркадий Зинов, комментируя увольнение Валерия Ефремова, сказал, что это был самый старый скрипач в России, и уходить надо вовремя. Привёл в пример себя: мол, он в 37 лет, как артист балета, ушёл на пенсию. А также высказался в том плане, что зрителю приятнее смотреть на молодые лица музыкантов.

Странное мнение… Нам всегда, если честно, казалось, что на концерте симфонического оркестра нужно не лица разглядывать, а слушать. Для любителей полюбоваться красивыми лицами или телами существуют другие заведения и другие «культурные» мероприятия — вроде танцев у шеста, например. Так ветераны предпенсионного возраста на участие в них и не претендуют…

Покинули оркестр опытные музыканты — супруги Фроловы, «ушли» и Заслуженную артистку РФ, виолончелистку Татьяну Лисенкову. В списке уволенных — ещё опытная, прекрасная пианистка Марина Кузьмина, которая сейчас преподаёт в институте искусств.

Музыканты оркестра говорят: «Мы в последнее время сильно обеспокоены снижением нашего исполнительского уровня. С Владимиром Ланде мы работаем с 2015 года, всегда терпеливо относились к его манере и способам работы с коллективом, так как надеялись, что это направлено на развитие и повышение профессионального уровня оркестра. Однако с назначением на должность генерального директора Евгения Стодушного и последующим приглашением второго дирижёра Михаила Мосенкова ситуация усугубилась, оркестр буквально «трещит по швам». И дело не только в очень жёстком графике работы, но и в увольнениях «неугодных» артистов, сильнейшем психическом давлении и других деструктивных способах. Мы задаёмся вопросом: а нужен ли городу и краю знаменитый коллектив?»

Нам рассказали, что администрация филармонии установила дополнительную оплату в 20 тысяч рублей концертмейстерам, официально — за совместительство. Дополнительно к своему рабочему времени они обязаны теперь отрабатывать по три с половиной часа с музыкантами своих групп.

Но артисты считают, что всё это было сделано для того, чтобы эти люди «помогали закрутить гайки»: они должны неусыпно следить за неугодными артистами, которых надо уволить руководству, писать на них по любому случаю докладные записки.

Что характерно, несколько человек из разных коллективов говорили одно и то же: «Стодушный хочет превратить храм культуры в бизнес-центр, сделать его площадкой для Московской филармонии, оркестр с таким количеством музыкантов ему не нужен».

Загнанных лошадей пристреливают?

О своих «хождениях по мукам» музыкант оркестра Ирина Кулик рассказывает:

«В 2019 году в оркестр пригласили второго дирижёра Михаила Мосенкова. Этот молодой человек, обладающий высокими профессиональными качествами, не обладает нормами этического поведения с подчинёнными. Постоянные оскорбления и унижения побудили музыкантов написать жалобы в различные инстанции. Из ответов чиновников мы узнали, что с Мосенковым проведена беседа.

Так как унижения в отношении меня не прекратились, я обратилась в трудовую инспекцию. После чего началась травля уже со стороны руководства. Меня буквально засыпали требованиями писать объяснительные по каждому поводу. Например, мой муж донёс мне виолончель до кабинета, директору тут же были написаны докладные, а он направил мне требование: пишите объяснительную, почему посторонний «проник» на территорию филармонии.

Я думаю, была дана негласная команда концертмейстеру, главному дирижёру, инспектору оркестра писать на меня любые бумаги, чтобы подвести к дисциплинарному взысканию, а потом и к увольнению.

15 сентября 2020 года я пришла сдавать партию концертмейстеру Сиделевой и услышала: «Иди в гримёрную, пока мы чай пьём». Пока я была в гримёрной, Сиделева ушла, а следом написала на меня докладную, что я отказалась сдавать партию.

21 сентября 2020 года у меня умерла мама. На мою просьбу дать мне три дня на похороны мне ответили отказом. Более того, в эти дни меня заставили сдавать партии, а на репетициях возмущались, что у меня дрожат руки. Мне так и не дали нормально проститься с матерью, занимался похоронами муж. Все эти три дня после и последующие я ходила на работу.

22 сентября я получила от дирижёра Ланде распоряжение N 1 от 22-го «О сдаче оркестровой партии Кулик И. П.». Я должна была сдать партию второму дирижёру Мосенкову. Находясь в подавленном состоянии, а также в связи с плохим самочувствием из-за потери близкого человека, не смогла её сдать. За это Ланде 25 сентября официальным письмом отстранил меня от участия в репетициях концертной программы, а также от участия в самом концерте.

Стодушный вызвал меня и протянул уже отпечатанное заявление от моего имени об увольнении по собственному желанию. Сказал: «Лучше сразу подпишите. Иначе мы с вами долго будем разбираться в различных инстанциях…»

Я отказалась подписывать это заявление, сказав, что никуда не тороплюсь, ведь мне осталось несколько месяцев до пенсии. 30 сентября директор филармонии издал приказ N 464-п «О применении дисциплинарного взыскания», которым мне было объявлено замечание.

Мне выплатили в сентябре единовременную материальную помощь в размере 3 тысяч рублей на похороны матери. Однако в этом же месяце лишили меня персональной краевой выплаты, которая выплачивается за статус оркестра как особо ценного культурного наследия. В ноябре меня тоже лишили этой выплаты, якобы за прогулы. Но я не пропустила ни одного дня.

Я после похорон была рассеянной и порой забывала электронный пропуск. А система, установленная на входе, если пропуск не прикладывают к индикатору, показывает отсутствие работника. Я вообще только недавно узнала о том, что необходимо в случае, если забыл пропуск, сообщать каждый раз об этом в специальный отдел, чтобы внесли изменения в программу. Уверена, что многие артисты не знают об этом до сих пор».

Мы задали вопрос по поводу Кулик дирижёру оркестра Владимиру Ланде. Маэстро ответил, что, к сожалению, в тот момент он не знал о том, что у Кулик умерла мать, так как Ирина к нему с этим вопросом не обращалась, и пообещал вступиться за неё перед дирекцией.

На вопрос к бывшему работнику филармонии — человеку, который работал с Ириной и в силу своих профессиональных навыков и знаний имеет право давать ей оценку как музыканту,- услышали такой ответ: «Она, может, звёзд с неба не хватает, но это хорошая «рабочая лошадка». Работает в оркестре много лет, ещё со времён главного дирижёра Ивана Всеволодовича Шпиллера. Очень ответственная и добросовестная».

Ирина Кулик: «Я в оркестре 27 лет, начинала работать, когда дирижёром был Иван Всеволодович Шпиллер. У меня никогда не было ни одного нарекания по поводу дисциплины, никогда меня не обвиняли в безответственном отношении к своим обязанностям. Но я не могу смириться с несправедливостью, хамством и неуважением к артистам, поэтому не молчу, а высказываю то, что остальные боятся сказать в открытую».

На наш взгляд, принуждение к увольнению сотрудника предпенсионного возраста, отдавшего оркестру почти три десятка лет, невозможно оправдать никакими «соображениями» руководителя. Это однозначно безнравственно и бесчеловечно.

О возросшей нагрузке говорили все, с кем мы встречались. Артисты вымотаны. Двойные вызовы на работу, увеличение количества концертов в государственном задании. При этом состав оркестра значительно сократился. Если раньше у артистов была возможность замены, то теперь в процессе подготовки и выступлений задействованы почти все.

В прошлогоднем ответе музыкантам на их коллективное обращение заместитель губернатора Алексей Подкорытов привёл обширную сравнительную статистику количества концертов, запланированных в год для оркестров по всей России. По его мнению, 70 концертов в год для оркестра — вполне нормально.

Однако он забыл указать главную составляющую — количество музыкантов в каждом из перечисленных им оркестрах. А точное количество музыкантов в Красноярском академическом на сегодняшний день мы так и не узнали. Было — 122 человека, уволились и уволено за предыдущий сезон в связи с не продлением контрактов — 23.

На вопрос о двойных вызовах, о том, что артисты, приехав к 10 часам утра, не имеют возможности съездить в перерыве домой, пообедать и отдохнуть, так как в филармонии им негде даже перекусить, Евгений Стодушный ответил: «Двойных вызовов у нас нет, артисты приезжают к десяти часам утра и освобождаются в три часа дня».

Только вот в нашем распоряжении есть документы, которые подтверждают обратное. Двойные вызовы в филармонии ещё как практикуют. От нескольких человек, работающих в филармонии, мы даже услышали о «нежелании жить» из-за тяжелейшей моральной обстановки в коллективе.

Министр культуры в ответе на вопрос по этому поводу ответил: «Вы приукрашиваете». Интересно, что скажет Аркадий Владимирович, если это, не дай Бог, произойдёт?

Выше мы говорилось, что началось всё с того, что мы были удивлены и возмущены, узнав об увольнении журналиста Веры Кириченко. Она отработала в сфере культуры много лет, её авторитет в журналистском сообществе края и в творческих коллективах филармонии достаточно высок. Однако Евгений Стодушный сказал, что ему не нужен такой журналист, его не устраивают тексты, которые пишет Кириченко.

На возражения нашего корреспондента заместитель гендиректора Марина Наливкина, присутствовавшая при разговоре, пояснила, что филармонии не нужен журналист, который пишет хорошие грамотные тексты, «соблюдая синтаксис и пунктуацию». Сейчас другое время. Тексты журналиста рекламного отдела должны «вызывать интерес читателей» и отвечать принципам таргетинговой рекламы.

«Сукины дети…»

Вера Кириченко говорит:

«Что касается себя, могу сказать: анонсы концертов филармонии написаны мной и уже размещены на официальном филармоническом сайте вплоть до ноября 2021 года. О том, насколько эффективно шло взаимодействие со СМИ моими усилиями, показывает мониторинг. Взять хотя бы период с 28 августа по 6 сентября 2020 года. На основе моих пресс-релизов за эти дни вышло более 30 публикаций в местных, региональных и федеральных СМИ, в информагентствах и на телевидении.

Помимо своего объёма, с июня выполняла ещё и объём работы за уволенного пресс-секретаря, и впервые филармония по состоянию на 11 ноября 2020 года попала в топ-10 по размещению наших событий на федеральном портале «Культура РФ». Храню благодарственные письма моих руководителей и награды министерства культуры Красноярского края, в том числе почётную грамоту за добросовестный труд и высокий профессионализм (2017 год).

Моё совместительство всех устраивало, так как я выполняла весь объём работы на полную ставку, будучи на 0,5 ставки. Они просто стали меня грузить ещё и чужими обязанностями. И я с июня выполняла ещё и обязанности пресс-секретаря, без каких либо доплат.

От такой нагрузки я просто заболела, ведь работала с утра и до поздней ночи. Поэтому муж обратился к директору, чтобы тот урегулировал рабочий процесс. После чего у меня начались проблемы на работе, мне сказали, что я не устраиваю руководство, так как работаю в филармонии по совместительству. Однако в частной беседе заместитель директора Наливкина порекомендовала мне: «Разберитесь со своим мужем».

Евгений Стодушный с этим не согласен: «Вера Ивановна выполняла только свои должностные обязанности».

Веру лишили рабочего места, пока она болела ковидом. Кроме того, по выходу с больничного она не обнаружила своего компьютера, где была наработанная база, её отключили от локальной сети учреждения, по сути, лишив возможности работать.

Генеральный директор сообщил нашему корреспонденту, что этот вопрос он урегулировал, как только узнал об этом, и сразу дал команду обеспечить работнику новое рабочее место.

Журналистка обратилась с заявлением в прокуратуру, а та, в свою очередь, перенаправила её обращение в трудовую инспекцию. Каков будет результат, сказать сложно. Бороться с системой в нашем городе и крае, по мнению многих, бесполезно. А то, что Веру всё-таки уволили, хорошее этому подтверждение.

Очень много нареканий услышали мы в адрес трудовой инспекции. О безуспешных походах сотрудников филармонии в этот надзорный орган мы расскажем в следующей публикации, так как намерены продолжать расследование.

Владимир Ланде охарактеризовал Веру Кириченко как большого профессионала. Посетовал, что в крае нет СМИ, которое профессионально пишет о культуре. По его мнению, Вера могла мы быть главным редактором такого издания, а он может найти на это издание средства.

Конечно, при подготовке этого материала мы не могли не задать вопрос о нездоровой, на наш взгляд, атмосфере в коллективе филармонии председателю профсоюзного комитета организации. С января 2020 года этот важный пост возглавил Андрей Кульманов.

Он рассказал, что когда возглавил профсоюзную организацию, предыдущий председатель профкома не передал ему ни одного документа. Коллективный трудовой договор до сих пор не разработан. Подтвердил, что положение об оплате труда тоже устаревшее. Профсоюзный лидер посетовал, что много планов не исполнено из-за пандемии и вынужденной дистанционной работы, и сейчас предстоит большая работа по подготовке этих документов.

Также Андрей Кульманов сказал, что состоит в комиссии по оплате труда, которая занимается распределением стимулирующих, персональных и компенсационных выплат, но признался: в силу того, что пока с трудом ориентируется в таких документах, первое такое решение подписал, не вникая.

Он рассказал, что помогал Ирине Кулик, даже ходил с ней на приём к краевому профсоюзному лидеру Оксане Гаговской. Отметил, что за то время, как он занял этот пост, сделано немало: оказана помощь в приобретении инвалидной коляски члену коллектива, выделена материальная помощь нуждающимся в ней артистам, в прошлом и в этом году детям членов профсоюзной организации приобретены хорошие новогодние подарки. Профсоюзная организация стала расти, в неё потянулись люди. Проблем хватает, и он намерен помогать сотрудниками и артистам филармонии решать их.

Наше журналистское расследование не закончено. Мы напишем ещё о многих вопросах, ответы на которые пытаемся сейчас узнать. Будут сделаны запросы, будут ещё встречи.

Мы расскажем о записях Красноярского симфонического оркестра на диски, о том, кто имеет авторские права на эти произведения, кто занимается их продажей и куда поступают средства от продаж, вернёмся к вопросу о оплате труда работников краевых бюджетных автономных учреждений, расскажем о проводимых учреждениями культуры закупках, зададим руководителям вопросы об их обоснованности. Обязательно подробно расскажем о результатах обращениях музыкантов и сотрудников филармонии в трудовую инспекцию.

Сегодня в коллективе филармонии кто-то борется с несправедливостью, а кто-то занял выжидательную позицию. Чем это кончится, покажет время. Однако совесть и порядочность ещё никто не отменял.

В известном фильме Леонида Филатова «Сукины дети» коллектив театра, борясь с несправедливостью, бросил вызов «системе», объявив голодовку. Молодой герой спрашивает у старого артиста:

— Андрей Иванович, как вы считаете, чем всё закончится? Мы победим?

— Не знаю, Боря. Во всяком случае, шансов у нас негусто.

В разговор вступает актриса:

— Да никогда мы их не победим. И не надо себя тешить иллюзиями.

Молодой артист продолжает:

— Но, если всё безнадёжно, для чего вы согласились на голодовку? За компанию, что ли?

Актриса:

— А для того, детка, чтоб не оскотиниться…

Дмитрий ГОЛОВАНОВ,

председатель Красноярского регионального отделения Союза журналистов России, директор сайта «Бюро журналистских расследований «Факт».

Красноярск.

Leave a Comment