Строительный эксперт направил в прокуратуру заключение о причинах подтопления микрорайона Покровка

(Продолжение расследования)

Прошло около месяца с того апрельского бедствия, которое обрушилось на частный сектор микрорайона Покровка. Десятки домов оказались подтоплены, а жители, годами страдающие от наледи и просадок грунта, вновь столкнулись с потопом. Наш эксперт, стройэксперт Андрей Васильевич Мизиренков, как мы писали в прошлой публикации, не раз обращал внимание на специфическое строение грунтов Покровки. Лёссовидные суглинки и супеси, с их высокой пористостью, низкой влажностью и значительной просадочностью, требуют особого, деликатного подхода. Однако, как следует из новой информации, в последние годы в микрорайоне наблюдается не только традиционная «верховодка», но и, возможно, более серьезные геологические процессы.

Подъём грунтовых вод – Официальная версия, но так ли это?

По данным на 2026 год, официальная версия происходящего сводится к подъёму уровня грунтовых вод. Коммунальные службы, как нам стало известно, уже проверяли сети водоснабжения на предмет утечек, но это, увы, не принесло ожидаемого результата. Сам глава Красноярска, Сергей Верещагин, поручил привлечь специалистов для детального обследования и установления источника воды. Все бы ничего, если бы не одно «но»: эти проблемы с грузами и подтоплениями не возникли из ниоткуда.

Антропогенный фактор: Тяжеловесы ставят Покровку на колени?

Андрей Мизиренков, чья позиция остается неизменной, вновь подчеркивает, что помимо естественных факторов, нельзя игнорировать и антропогенное воздействие. Строительство массивных жилых и общественных зданий, обладающих внушительным весом и оказывающих колоссальную нагрузку на грунтовые основания, может приводить к смещению подземных слоев. Этот процесс, направленный от многоэтажных новостроек к малоэтажному частному сектору, оказывает сверхнормативное давление на инженерные сети, усугубляя и без того хрупкую ситуацию.

Прокуратура получила сигналы: Бездействие властей под лупой

И вот, самый важный поворот в этой истории: Андрей Мизиренков обратился с официальным письмом в прокуратуру города Красноярска. В своем обращении он детально описывает геологические сложности района Покровка, а также указывает на грубейшие нарушения федерального законодательства. В частности, Мизиренков ссылается на Федеральный закон № 384 – ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» (статьи 9, 10, 11, 14 Главы 2). По его мнению, бездействие исполнительной власти, как в части предотвращения природных факторов, так и в части контроля за антропогенным воздействием, создает прямую угрозу безопасности и жизни людей, в том числе и несовершеннолетних, а также несет вред окружающей среде.

«Где-то сидит чиновник на печке…»

Эти слова Мизиренкова, сказанные в апреле, теперь звучат еще более остро. Если его доводы найдут подтверждение, то халатность должностных лиц, игнорирующих сигналы о засорении русел рек Качи и Бугач, а также о препятствиях для стока паводковых вод, перестанет быть просто мнением эксперта и превратится в основание для серьезных юридических последствий. «Где-то сидит чиновник на печке и ничего не делает, – говорит он. – ему пишут телеграммы, что русло реки… засоряется. Значит, вода не уходит… мусора много, палки бревна торчат. Это препятствует, значит, прохождению паводков, все, вода растекается, заливает огороды и дома… А он сидит и говорит, так это же стихия, что я сделаю?»

Истина где-то посередине, но ответственность – на виновных

История с Покровкой – это не просто локальная проблема одного микрорайона. Это наглядный пример того, как бездействие, попустительство и, возможно, пренебрежение элементарными строительными нормами и законами, могут привести к масштабным последствиям. Пока причины бедствия не будут установлены, а виновные – наказаны, опасность повторения подобных сценариев будет оставаться высокой.

Мы будем следить за развитием событий. Надеемся, что надзорный орган проявит должную оперативность и принципиальность, поможет городским властям разобраться в ситуации и, наконец, привлечь к ответственности тех, кто должен был предотвратить эту беду, но предпочел «сидеть на печке».

Красноярск #потоп #халатность #стихия #чиновники #ответственность #расследование

Как аферисты от власти и энергетики погружают город в темноту, ставя под угрозу жизни горожан

Недостаток освещения красноярских улиц особенно остро ощущается на нерегулируемых пешеходных переходах, где отсутствие направленной подсветки в темное время суток превращает их в потенциальные ловушки. Водители, не имея возможности вовремя заметить пешеходов, рискуют стать участниками дорожно-транспортных происшествий.

Свердловский район, улицы вроде Мостовиков – эти названия фигурируют в жалобах жителей уже не первый год. Люди, живущие в частном секторе и новых районах, годами добиваются установки э опор освещения. Показательно, что в некоторых случаях только вмешательство прокуратуры через суд обязывает мэрию выполнять свои прямые обязанности.

Но, как говорится, от сумы и от тюрьмы не зарекайся. В марте 2026 года в Красноярске по подозрению в мошенничестве при закупке уличного освещения был задержан заместитель руководителя УДИБ Василий Васильев.

Золотые фонари за бюджетные деньги?

Суть дела проста, как Колумбово яйцо. В 2025 году в рамках муниципального контракта на сумму 78 миллионов рублей, предназначенного для восстановления освещения города, были закуплены светодиодные светильники, которые на поверку оказались значительно дешевле, чем предписывал ГОСТ и техническое задание.

Следствие полагает, что генеральный директор ООО «СибирьЭнергоКомплект» Илья Г., его брат, индивидуальный предприниматель Артем Г., и заместитель главы УДИБ Василий Васильев вступили в сговор. Илья Г. отвечал за логистику и, что особенно важно, за оформление поддельных сертификатов качества. Артем Г. выступал в роли посредника в финансовых операциях, а Василий Васильев, будучи чиновником, призванным контролировать качество и соответствие, грубо нарушил свои обязанности. По данным следствия, он, зная о низком качестве оборудования, подписал акты выполненных работ, фактически дав добро на приемку негодного товара.

Серьезные последствия: от «зебры» до короткого замыкания

Техническая экспертиза установленных светильников выявила шокирующие факты. Мощность оборудования оказалась на 30–40% ниже заявленной, что прямо влияет на видимость на дорогах. Более того, некачественные линзы создают эффект «зебры» – чередование ярких пятен и полной темноты. Глаз водителя не успевает адаптироваться к такой переменчивости, что вызывает быструю утомляемость и даже временное «ослепление». Дешевые диоды с синим спектром в дождь или туман могут превратиться в «световую стену», полностью скрывая дорожную разметку.

Но и это еще не все. Отсутствие должной влагозащиты (IP65/67) делает фонари уязвимыми перед дождями и оттепелями. Вода, попадая внутрь корпуса, может привести к короткому замыканию, возгоранию или полному выходу из строя целой линии освещения. Эксперты прогнозируют, что такие светильники, с деградацией яркости потребуют полной замены уже к следующей зиме. Это означает, что городские власти, вопреки заявленным целям, окажутся перед необходимостью снова тратить бюджетные средства на демонтаж брака и закупку нового, уже качественного, оборудования.

Ответственность и меры пресечения

Дело квалифицируется как мошенничество в особо крупном размере, совершенное группой лиц (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Задержание подозреваемых проходило при участии сотрудников ФСБ и СОБРа, что подчеркивает серьезность обвинений.

На данный момент суд избрал следующие меры пресечения: Василий Васильев заключен под стражу в СИЗО на два месяца, ему грозит до 10 лет лишения свободы. Братья-предприниматели, Илья и Артем Г., отправлены под домашний арест. Причина столь мягкого, казалось бы, решения – их активное сотрудничество со следствием и признательные показания.

Тень теневого освещения: больше, чем просто фонари

Следствие не ограничивается только этим контрактом. В настоящее время изучается документация по другим объектам благоустройства, курируемым Василием Васильевым. И здесь возникает тревожный вопрос: почему чиновник, который ранее, в 2024 году, уже получал условный срок за превышение полномочий при приемке дорожных работ, продолжал занимать свою должность и, как предполагается, преступную деятельность? Этот факт наводит на размышления о системных проблемах в контроле за муниципальными закупками и о том, насколько глубоко может укорениться коррупция.

Помимо мошенничества, следователи проверяют ряд других тендеров УДИБ. Это говорит о том, что данное дело может стать лишь верхушкой айсберга.

Световой парадокс Красноярска: голод и переизбыток

Ситуация с освещением в Красноярске выглядит парадоксально. На фоне масштабных проблем с некачественными светильниками, ставящими под угрозу безопасность, город, тем не менее, не испытывает недостатка в ярком свете. Речь идет о световом загрязнении. Жители Красноярска всё чаще жалуются не на темноту, а на избыточный свет от рекламных щитов и медиафасадов, которые светят прямо в окна жилых домов. Нормы яркости таких конструкций в России до сих пор остаются размытыми, заставляя красноярцев покупать шторы блэкаут, чтобы хоть как-то защититься от круглосуточного светового шума.

Система автоматического управления освещением (АСУНО), несмотря на заявленную автоматизацию, иногда работает неадекватно, ориентируясь на астрономическое время, игнорируя текущую облачность или задымленность. Это приводит к тому, что фонари включают слишком поздно вечером или отключают слишком рано утром, оставляя дороги и тротуары в сумерках.

Выводы и перспективы

Задержание Василия Васильева и братьев-предпринимателей вряд ли решит проблему. Как верно отмечают сами жители, «крайнего» нашли, но ситуация вряд ли кардинально изменится к лучшему, если не будут устранены первопричины.

Пока следствие изучает дела, а горожане продолжают жить в условиях «полумрака» и «светового хаоса», ясно одно: проблема уличного освещения в Красноярске требует комплексного решения. Это не только закупка качественного оборудования и жесткий контроль за его установкой, но и пересмотр нормативной базы, повышение прозрачности тендеров и, конечно, ответственность чиновников за результаты своей работы. Иначе, какие бы национальные проекты ни внедрялись, опасные переходы и «слепые» зоны в спальных районах будут оставаться мрачным напоминанием о том, что даже самые светлые намерения могут быть погружены во тьму.

Дмитрий Голованов

Воскресным утром в селе Кучерово начался пожар. Сообщником огня стал сильный ветер, превративший его в неуправляемую стихию.

Всего за несколько часов пламя оставило после себя руины, лишив крова десятки семей.

Масштабы трагедии: 14 домов и более 60 хозяйственных построек превратились в пепел. По предварительным данным, причиной пожара стало грубое нарушение правил пожарной безопасности при топке печи. Один из жителей села, проигнорировав штормовое предупреждение и сильный ветер, решил разжечь печь. Неосторожное обращение с огнем, искра, вылетевшая из трубы, и начался апокалипсис. Люди остались без всего, но, к счастью, обошлось без жертв.

Тем не менее, ситуация в Кучерово оказалась настолько серьезной, что в районе был введен режим чрезвычайной ситуации (или локальный особый противопожарный режим). На месте работают оперативные службы, представители властей и социальной защиты. Их задача – оценить масштабы ущерба, оказать первую помощь пострадавшим и организовать пункты временного размещения. По закону, каждая пострадавшая семья имеет право на единовременную выплату из резервного фонда края.

Кто виноват?

В подобных масштабных происшествиях «назначить» виновным кого-то одного сложно. С одной стороны – раздолбайство конкретного человека, с другой – неготовность поселения к чрезвычайным ситуациям и низкая эффективность профилактических мер. По предварительным данным следствия и МЧС, виновником пожара считается местный житель, чья неосторожность стала отправной точкой трагедии. Нарушение правил пожарной безопасности при эксплуатации печи, да еще и в условиях штормового ветра, – это не просто ошибка, а преступная халатность, поставившая под угрозу жизни и имущество односельчан. Прокуратура Красноярского края уже начала проверку, и в отношении виновника может быть возбуждено уголовное дело по статье 168 УК РФ (уничтожение имущества по неосторожности) или статье 219 (нарушение правил пожарной безопасности. Тем не менее, трагедия в Кучерово – это не единичный случай, а, к сожалению, закономерное следствие целого комплекса проблем, давно известных властям Красноярского края. Весенние пожары, подпитываемые сухой травой и сильными ветрами, ежегодно становятся настоящей бедой.

Как защититься сегодня?

Сейчас, когда в Красноярском крае действует особый противопожарный режим, нарушения могут обернуться серьезными последствиями. Штрафы для граждан за разведение костров или пал травы достигают 20 000 рублей. А в случае пожара с ущербом, как в Кучерово, возможна уголовная ответственность. Жителям села, потерявшим дома, предстоит долгий путь восстановления. После событий 2022 года многие жители края начали активно страховать свое имущество. государственных выплат, как правило, недостаточно для полного возмещения ущерба. Пожар в селе Кучерово – это жестокое напоминание о том, что пренебрежение элементарными правилами безопасности, особенно в условиях переменчивой весенней погоды, может привести к непоправимым последствиям. Важно извлечь уроки из каждой такой трагедии, чтобы в будущем предотвратить подобные катастрофы.

ФАКТЫ ИЗ ПРОШЛОГО

Май 2022 года стал самым трагическим месяцем в современной истории края. Аномальная жара и ураганный ветер за считанные часы превратили десятки населенных пунктов в пепел. 7 мая 2022 года, в «черную субботу», погибли восемь человек, десятки получили тяжелые ожоги, более пятисот домов были уничтожены. Наиболее пострадавшими стали Уяр, Белый Яр, Талажанка и Ирбейское. Причиной пожаров стали обрывы линий электропередач из-за ветра и палы травы.

За 2024–2025 годы, несмотря на усиление мер безопасности, катастрофы масштаба 2022 года удалось избежать. Однако локальные трагедии продолжались. В 2024 году в пожарах, включая бытовые возгорания, погибли 152 человека, а в 2025-м — 144. Чаще всего причиной становилось неосторожное обращение с огнем.

Дмитрий Голованов

Как коррупция в мэрии Красноярска привела к банкротству современного АБЗ и срыву ремонта улично-дорожной сети

Одно из крупнейших предприятий города, призванное оздоровить экологическую обстановку и обеспечить качественный ремонт городских дорог – Красноярский асфальтобетонный завод (АО «АБЗ») – находится на грани полного исчезновения. В мае этого года предприятие, скорее всего, будет продано с молотка из-за банкротства. АБЗ, похоже, стал заложником тёмных схем, связанных с коррупционными делами, возбуждёнными в отношении ряда чиновников городской администрации.

От надежды к краху: история одного завода

Начало истории АБЗ совпало с арестом в 2024 году Декарда Ханагяна, владельца крупнейшей в Красноярске подрядной организации «Промстрой». Его обвиняли в картельном сговоре с муниципальным предприятием САТП, чьим бывшим директором является Дмитрий Сокирко. Схема была цинично проста: САТП выигрывало городские контракты на ремонт дорог, а «Промстрой» выполнял работы в качестве субподрядчика, обходя законодательство. По предварительным данным, через эту схему было выведено более миллиарда рублей. Ханагяну, который фактически монополизировал рынок дорожного строительства в Красноярске, принадлежали два асфальтобетонных завода, которые после его задержания остановились. Казалось бы новому заводу, возведённому с учётом всех современных экологических требований открылась зелёная улица… Но несмотря на наличие простаивающего, новенького завода, подрядчики, занятые ремонтом дорог, столкнулись с острой нехваткой асфальтобетонной смеси. Очереди за асфальтом растянулись на недели, что уже вызывало справедливое возмущение горожан и депутатов. В августе 2024 года ситуация усугубилась из-за строительства метро, которое привело к перекрытию нескольких центральных улиц.

Тогда депутат горсовета Вячеслав Дюков открыто обвинил мэрию в бездействии и саботаже работы АБЗ. По его словам, представители завода напрямую заявляли о препятствиях со стороны городских чиновников, которые мешали законной деятельности предприятия. Дюков предположил, что это делается в интересах «определённого круга частных лиц», что и привело к проблемам в дорожном ремонте. «Подрядчики говорят, что им не разрешают работать с асфальтобетонным заводом. Я этому не поверил и написал депутатский запрос в адрес руководителя АБЗ. На что получил ответ на 315 страницах, из которых следует, что именно администрация города не дает работать заводу… И это действительно так. В деле оказались замешаны высокопоставленные чиновники мэрии и крупные бизнес-структуры», — заявил тогда Дюков.

Завод «вылетел в трубу» так и не начав по-сути работать

Ключевые факты коррупционных махинаций

Расследования, сосредоточенные вокруг АБЗ, выявили целый клубок уголовных дел:

1. Дело Антона Егорова («КДСК»): Речь идет о хищении 98 миллионов рублей, выделенных на экологическую модернизацию АБЗ. Следствие считает, что заявленные работы по контракту 2022-2023 годов фактически не проводились, а деньги были выплачены. Егоров был задержан при попытке пересечь границу в ноябре 2024 года.
2. Дело Артура Арутюняна (экс-советник мэра): Бывший замглавы города и советник экс-мэра Логинова обвиняется в махинациях с земельными участками и недвижимостью, связанными с АБЗ. Его подозревают в незаконных схемах при продаже муниципальной собственности.
3. Воспрепятствование законной деятельности: Возбуждено дело в отношении неустановленных лиц из администрации города. Чиновников обвиняют в блокировании передачи АБЗ объектов, купленных на аукционе, что нанесло заводу ущерб в 455 миллионов рублей.
4. Искусственное банкротство и передел рынка: На фоне уголовных дел финансовое состояние АБЗ стремительно ухудшалось. В апреле 2026 года завод был официально признан банкротом, и открыто конкурсное производство. Кредиторы требуют с предприятия почти 644 миллиона рублей, в то время как начальная цена продажи всей собственности – 11 зданий, 5 гектаров земли и оборудования – составляет всего 362 миллиона рублей.
5. Банкротство АБЗ многие называют «управляемым» или «искусственным» по ряду причин: Конфликт собственников: Завод на 49% принадлежит городу, а на 51% – частным структурам. Мэрия, по сути, потеряла контроль над управлением, а частные совладельцы обвиняли чиновников в намеренном саботаже.
6. Упущенная выгода в 455 миллионов: Ущерб, нанесенный заводу действиями чиновников, сопоставим с суммой долгов. Это дает основания полагать, что предприятие намеренно доводили до банкротства.
7. Экологический фактор: Под предлогом банкротства остановлена обещанная модернизация очистных систем. Средства, выделенные на экологию, стали предметом уголовного дела о хищении. В июне 2025 года за взятку был задержан мэр города Владислав Логинов. СМИ также косвенно связывали это событие с переделом рынка дорожного строительства и активами АБЗ.
8. К чему это привело? Срыв модернизации: Экологически безопасный для городской атмосферы завод так и не заработал. А это значит, что старые предприятия-«самовары» по-прежнему в ходе летнего ремонта улично-дорожной сети будут загрязнять воздух.
9. Дефицит асфальта: Проблемы крупнейшего поставщика напрямую повлияли на сроки и качество ремонта дорог. Не исключено, что и нынешним летом подрядные организации, занятые на ремонте улично-дорожной сети Красноярска могут столкнуться с дефицитом асфальто-бетонной смеси.
10. Передел рынка: Банкротство государственного актива открывает путь к его полной приватизации частными структурами по заниженной цене. Это ставит под угрозу не только бюджетные деньги, но и безопасность городского трафика. Кроме того, сохраняется риск того, что производственная площадка может быть перепрофилирована или застроена, что окончательно лишит город стратегического актива.

ФАКТ НАЛИЦО:

История Красноярского АБЗ — не просто финансовый крах, это иллюстрация того, как коррупционные схемы и кулуарные договоренности могут разрушить стратегически важный актив, лишая город будущего. Продажа с молотка, по сути, муниципального предприятия по цене ниже его реальной стоимости — это финал, где интересы узкой группы лиц оказались выше благосостояния тысяч горожан. Все эти события разворачиваются на фоне задержания мэра Владислава Логинова и продолжающихся расследований в отношении высокопоставленных чиновников. Ожидать, что новые владельцы АБЗ будут действовать в интересах города — наивно. Скорее всего, они будут стремиться к максимальной прибыли, нежели к экологической безопасности и ремонту дорог «для людей». При этом, городские власти оказались в ловушке собственных ошибок и коррупционных схем, утратив контроль над одним из ключевых для своей инфраструктуры предприятий. При этом, обычные жители Красноярска продолжают дышать грязным воздухом и ездить по разбитым дорогам.

Дмитрий Голованов

Медицинская реформа может превратиться для жителей отдалённых районов Красноярского края в опасную лотерею

Суть реформы заключается в создании крупных межрайонных медицинских округов, центрами которых станут Ачинск, Канск, Минусинск и Лесосибирск. Каждый такой округ призван обслуживать до 300 тысяч человек. Предполагается, что именно в этих «опорных пунктах» будут сконцентрированы узкие специалисты, дорогостоящее оборудование и возможности проведения сложных операций. Сельские районные больницы (ЦРБ) при этом должны сохранить функции первичного звена: терапевтический прием, экстренную стабилизацию и паллиативную помощь. Краевые власти и иинистерство здравоохранения края настаивает, что инфраструктура ФАПов и амбулаторий останется без изменений, а пациенты получат лучший доступ к квалифицированной помощи. Однако, и пациенты и многие врачи высказывают опасения, что «стирание границ» между городским и сельским здравоохранением может поставить под угрозу жизни десятков тысяч людей, к которым в случае необходимости, экстренная медицинская помощь может просто не успеть.

Как это выглядит в теории

Красноярский край – регион с колоссальными расстояниями. Понимая это, краевой минздрав инициировал реформу, направленную на создание крупных медицинских округов. На базе межрайонных центров, таких как Ачинск, Канск, Минусинск и Лесосибирск, формируются новые управленческие единицы, каждая из которых должна обслуживать до 300 тысяч человек.

Идея проста и, на первый взгляд, разумна: сконцентрировать узких специалистов, дорогостоящее оборудование и возможность проведения сложных операций в нескольких «опорных пунктах». Районные больницы (ЦРБ) при этом не «закрываются», но трансформируются. По задумке, они должны оставить за собой функции первичного звена – терапевтический прием, экстренную стабилизацию состояния пациента и паллиативную помощь. Вся сложная хирургия, кардиология, онкология и другие высокотехнологичные направления перетекают в окружные центры.

Министр здравоохранения края Алексей Коноваленко утверждает, что подобные меры позволят «использовать оборудование эффективнее, а пациенты получат полноценный доступ к узким специалистам». Уверяют, что инфраструктура медицинских учреждений сохранится, а фельдшерско-акушерские пункты (ФАПы) и амбулатории продолжат функционировать в прежних зданиях.

Что происходит в реальности

Однако за официальными заявлениями и оптимистичными прогнозами скрывается горькая реальность, которую ежедневно переживают жители отдаленных районов. В то время как чиновники рапортуют об успехах, врачи и пациенты из «глубинки» бьют тревогу.

Ярким примером отношения к пациентам, стал визит делегации чиновников из Красноярска в Дзержинское. Как сообщает блогер Алексей Аксютенко, вместо министра здравоохранения Коноваленко, который «благоразумно не поехал», на встречу с возмущенными врачами и пациентами отправилась новая начальница социального блока Алена Миронова.

«Сразу видно, что опыта у Мироновой нет никакого: периодически она напоминала орущую скандалистку», – пишет Аксютенко. Его слова подтверждают, что чиновница, не имея реальных рычагов влияния, предложила местным жителям проходить обследование либо в частных клиниках Канска (где, по всей видимости, сломалось оборудование в государственных учреждениях), либо ехать в Красноярск. «Расстояние от Дзержинского до Канска — 80 километров, до Красноярска — около 300. Как вам такая доступная медицинская помощь? Причем ехать предлагают онкологическим больным. Вот такое отношение к людям», – возмущается блогер.

«Смертельное плечо» – не метафора, а пугающая реальность

Самое очевидное и страшное последствие реформы – многокилометровые расстояния, отделяющие пациента от специализированной медицинской помощи. Теперь многие ЦРБ лишены самостоятельности, превращаясь в филиалы окружных центров.

В ряде краевых СМИ появилась информация о том, что родильные дома были полностью закрыты в Балахтинской, Партизанской, Каратузской, Казачинской и Назаровской районных больницах. Это означает, что будущие матери из этих районов лишены возможности рожать поблизости от дома, что может привести к увеличению рисков, связанных с транспортировкой в условиях срочных родов.

Кроме того, в нескольких других районных больницах, включая Ермаковскую, Новосёловскую, Ужурскую и Шушенскую, остались только «ургентные койки». Как поясняется, эти отделения предназначены исключительно для экстренных случаев, когда требуется немедленное вмешательство, и транспортировка пациента в другое медучреждение невозможна. Плановая помощь, включая плановые роды, больше не оказывается в этих учреждениях.

Такая ситуация вызывает вопросы о доступности и качестве медицинской помощи для жителей отдаленных районов Красноярского края. Закрытие родильных домов и перевод больниц в режим «ургентных залов может поставить под удар здоровье матерей и новорожденных.

Вместо постоянных узких специалистов в районы теперь планируется отправлять выездные бригады, работающие по графику. Даже если такой врач приедет, он сможет лишь осмотреть, поставить диагноз, но не провести лечение. Пациентам с хроническими заболеваниями или теми, кто нуждается в плановой консультации, приходится преодолевать сотни километров. Путь до нужного специалиста может увеличиться до 240 км.

Балахтинский район – один из самых болезненных примеров

Одним из эпицентров скандалов, связанных с оптимизацией краевого здравоохранения, стала Балахтинская районная больница В 2025 году здесь прошла волна сокращений персонала. Число уволенных, по разным данным, составило от 26 до 50 сотрудников – от санитарок до водителей. Клинико-диагностическая лаборатория была переведена на аутсорсинг, что логично привело к увеличению времени ожидания результатов анализов.

«Нас будто вычеркнули из реальности. Теперь, чтобы получить помощь, нужно быть здоровым и богатым, чтобы добраться до города», – делится одна из местных жительниц, пожелавшая остаться неизвестной

Абанский и Краснотуранский районы: та же тенденция

В Абанском районе больница теперь входит в Канский медицинский округ. Все сложные пациенты и плановые операции перенаправляются в Канск. Жители Абана остаются с терапевтами, педиатрами и экстренной помощью, но узкие специалисты – кардиологи, онкологи – стали редкостью.

В Краснотуранском районе ситуация выглядит более спокойно, но и здесь больница фактически превращается в крупную поликлинику со стационаром для «несложных» больных. Опорным пунктом для жителей стал Минусинск, куда отправляют пациентов с инфарктами, инсультами и серьезными травмами.

«Золотой час» и «смертельное плечо»

Особенно остро стоит вопрос экстренной помощи, когда каждая минута может стать роковой. Сердечный приступ – это вызов, который в новых условиях может обернуться настоящей трагедией.

«Мы понимаем, что в районах не может быть ангиографа или современного маммографа», – с горечью говорит одна из пациенток из глухого села, пожелавшая остаться анонимной. «Но когда тебя с инфарктом или острым аппендицитом заставляют гнать сотни километров, зная, что ты можешь просто не доехать, это чудовищно. Страшно, что останемся совсем без помощи»

«Врачи-кардиологи из специализированных центров приехать на дом не успеют, так как они находятся в Канске, Ачинске или Минусинске», – констатируют специалисты.

Система построена на принципе «золотого часа», где главная роль отведена фельдшеру скорой помощи. По регламенту Минздрава, фельдшер должен установить ЭКГ, отправить показания в краевой центр, ввести дорогостоящий тромболитик и только потом везти пациента в профильный центр. Но в этом механизме есть три критических звена:

1. Дефицит машин скорой: В отдаленных районах работает всего 2-3 бригады на десятки деревень. Если машина уехала с пациентом в Канск или Красноярск, район остается «оголенным» на 4-6 часов.
2. Состояние дорог: Зимой или в распутицу время транспортировки может увеличиться вдвое, делая «золотой час» недостижимым.
3. Отсутствие реаниматологов: Даже если пациента довезут до районной больницы, там может не оказаться дежурного реаниматолога, способного поддержать жизнь до прибытия санавиации.

Выборы и «теплое кресло»

По мнению блогера Алексея Аксютенко, власти ведут диалог с населением лишь по одной причине – впереди выборы. «А после сентября запрутся в своих теплых кабинетах и до следующих выборов носа не высунут», – опасается он.

ФАКТ НАЛИЦО:

Общие проблемы, порожденные реформой:

Кадровый дефицит: Несмотря на программы «Земский доктор», врачи предпочитают уезжать в центры округов, где выше зарплаты и лучше условия труда.

Транспортная недоступность: Расстояние до больницы становится непреодолимым барьером.

Потеря самостоятельности главврачей: Финансовые потоки замыкаются на окружных центрах, лишая местных руководителей полномочий.

• Главная претензия к реформе – ухудшение доступности экстренной помощи. Если раньше районная больница, пусть и с ограниченными возможностями, была под рукой, то теперь единственный шанс получить квалифицированную помощь – это преодолеть десятки, а то и сотни километров до межрайонных центров. В условиях суровой действительности – обледенелых трасс, бездорожья и климатических испытаний – это превращается в смертельную лотерею.
• «Смертельное расcтояние» – это не просто метафора. В кардиологии и травматологии существует понятие «золотого часа» – критического периода, когда от скорости доставки пациента до квалифицированной помощи зависит его жизнь. Путь из отдаленного села до краевого центра, составляющий сотни километров по опасным дорогам, многократно увеличивает риск фатального исхода, даже если конечная точка маршрута оснащена по последнему слову техники.
• Сторонники реформы рапортуют о концентрации технологий и повышении квалификации врачей в межрайонных центрах. Современные КТ, МРТ, ангиографы – это, бесспорно, прорыв. Хирурги, выполняющие десятки операций в день, объективно набирают опыт. Телемедицина позволяет сельским фельдшерам советоваться с лучшими специалистами. Единые стандарты лечения призваны искоренить архаичные подходы. Однако для родных и близких пациента, который не успел «добраться» до этих «высоких технологий» и скончался от инфаркта или тяжелого аппендицита из-все эти плюсы – слабое утешение.

Дмитрий Голованов

Недавно «Красноярская газета» снова оказалась под ударом – её оштрафовали на 20 тысяч рублей. И опять придрались к мелочи.

— Новость, за которую нас судили, мы ведь не сами придумали. Мы взяли её с телеграм-канала RVvoenkor, популярного у 1,4 миллиона подписчиков. Канал этот ведут настоящие патриоты – военкоры и участники СВО. Люди, которые не сидят в кабинетах, а находятся там, где решается судьба нашей Родины – подчёркивает главный редактор «Красноярской газеты» Олег Анатольевич Пащенко.

И главное – «Красноярская газета» писала о недругах России в негативном ключе, высказывая свою патриотическую позицию.

— Можно было бы понять и вынести предупреждение. Газете, для которой 20 тысяч – это очень серьезные деньги. Можно было бы учесть нашу искреннюю патриотическую позицию, нашу безоговорочную поддержку президента Путина и, конечно, поддержку СВО. Но нет. Для людей, облеченных властью, эти аргументы – лишь пыль – отмечает Олег Анатольевич, – но для функционеров определенных мастей, вообще, никаких аргументов не существует, кроме ничтожных абсолютно формальных крючков, закорючек, и отчетов о своей непробиваемой принципиальности, доказывающей начальству, что недаром получают деньги в бухгалтерии. Иначе их давно бы сократили за ненадобностью. Человеческое отношение к людям? Нет, не слышали. Что это?…

И я полностью с ним согласен. На мой взгляд, такое отношение к патриотическим изданиям могут позволить себе только тайные враги России, пресловутая «пятая колонна», которая, к сожалению, пробралась в чиновничьи кабинеты. Они цепляются за формальные недочеты, чтобы ударить по тем, кто искренне служит своей стране.

Ещё в 2023 году я выступал на Федеративном Совете с предложением внести в Закон о СМИ поправку. Суть её проста: если содержание материала ясно показывает, что упомянутые лица занимают антигосударственную, антиобщественную и антигражданскую позицию, а сам материал направлен на защиту государственных и общественных ценностей, то на такие случаи не должны распространяться карательные меры.

Эта поправка должна была поставить всё на свои места. Патриотические издания получили бы возможность свободно работать, продвигать идеи Президента, воспитывать население в духе патриотизма, не опасаясь незаслуженных и обидных штрафов за какую-нибудь несущественную формальность. 

Однако моё предложение столкнулось с непониманием, а точнее – с откровенным противодействием главы секретариата Дениса Токарского.

Токарский, вдруг, решил, что я этим предложением «резко и немотивированно» критикую закон об иноагентах. Хотя речь шла о внесении поправок в Закон о СМИ и  в КоАП РФ (Кодекс об административных правонарушениях). Однако Токарскому, похоже, было всё равно. Главное – очернить, приклеить ярлык, чтобы потом легче было расправиться. Это порождает чувство недоумения и возмущения в рядах тех, кто считает себя истинными патриотами России

Считаю, что такими действиями, не я, а Токарский дискредитирует нашу организацию – Союз журналистов России.

Продолжаю настаивать на том, что необходимо четко разграничивать реальную антигосударственную деятельность от добросовестных попыток укрепить страну, даже если они сопровождаются определёнными формальными недочётами. Только такой подход позволит нам консолидировать усилия в защите национальных интересов и не давать врагам ни единого шанса посеять раздор и сомнения в наших рядах.

Дмитрий Голованов,

председатель Красноярского краевого отделения Союза журналистов России

Как и почему набережная реки Мана превратилась в кучу дров стоимостью 60 миллионов рублей         

Специалисты в области строительства и гидротехники единодушно называют разрушение набережной в посёлке «стопроцентно прогнозируемым». Основная причина, по мнению экспертов, кроется в ошибочной классификации объекта. Вместо того чтобы проектировать набережную как полноценное гидротехническое сооружение, соответствующее нормам ГОСТ и СНиП для береговых объектов, работы велись по принципам ландшафтного дизайна. Сваи, на которых держался деревянный настил, должны были быть либо капитально заглублены ниже уровня промерзания с мощной бетонной обвязкой, либо защищены ледорезами. Вместо этого, они были просто «выдернуты» или согнуты под натиском льда, так как не были рассчитаны на боковой удар льдин.

«Типовые решения из Москвы» для Маны не подошли

Как отмечают сибирские архитекторы, проектировщики из столицы часто используют решения, подходящие для более спокойных рек, где ледоход не столь агрессивен. Для Маны, где движение льда сопровождается «зажорами» и «заторами», требуются совершенно иные подходы.

Геодезисты обращают внимание на ещё один фатальный просчёт: нижние ярусы набережной и причалы были расположены слишком низко, фактически в зоне паводкового затопления. Любая конструкция, находящаяся в зоне ледохода, должна быть либо сезонной (разборной), либо монументальной (бетон, камень с обтекаемыми формами). Игнорирование этого правила привело к прогнозируемому разрушению.

В этой связи ключевые вопросы возникают к проектировщику – АО «Аттракцион-Экспо» из Москвы. Компания выиграла тендер в 2024 году, снизив начальную цену проекта с 4,1 млн до 3,8 млн рублей. При этом основным видом деятельности фирмы является «зрелищно-развлекательная». Опыт проектирования сложных гидротехнических сооружений в условиях сибирских рек у такой компании вызвал вопросы у экспертов еще на этапе разработки. «Проектировщики из Москвы часто используют решения, подходящие для Москвы-реки или стоячих прудов, где лед тонкий и нет сильного течения», – отмечают сибирские специалисты. В данном случае, похоже, они просто не учли суровость климата Красноярского края.

Туристам «подкинули дровишек»

Общая стоимость проекта составила около 60 миллионов рублей, которые были выделены из краевого бюджета как «субсидия на создание туристических зон». Однако, согласно смете, основной упор был сделан на «лёгкое благоустройство»: деревянные настилы, причалы для плотов, смотровые балконы, гамаки и освещение. Полноценное капитальное берегоукрепление, включая бетонные подпорные стенки и ледорезы, в рамках этого проекта не планировалось. Таким образом, вместо функционального сооружения, способного противостоять природным стихиям, был создан объект, носящий скорее декоративный характер.

По закону, на такие объекты действует гарантия от 3 до 5 лет. Однако мэрия Дивногорска уже начала обследование, пытаясь установить причину разрушения. Если будет доказано, что оно произошло из-за «аномальных природных явлений» (форс-мажор), подрядчик может избежать бесплатного восстановления. Если же выяснится, что проект не учитывал ежегодные ледоходы, претензии могут быть переадресованы проектировщику.

Кто поставил подпись под «дорогой кучей дров»?

За подписание актов приемки и реализацию подобных проектов в Дивногорске, как правило, отвечает целая цепочка должностных лиц. В данном случае, ключевые фигуры, которых, вероятно, будут изучать следственные органы: Сергей Егоров – глава города Дивногорска: как «лицо города», он активно продвигал проект, называя его «новой точкой притяжения». Александр Попов – первый заместитель главы города: курирует вопросы ЖКХ и городского хозяйства, и именно его служба, вероятно, выдавала итоговые распоряжения. Виталий Державин — и.о. руководителя МКУ «Городское хозяйство» (Дивногорск): ведомство выступало прямым заказчиком по муниципальному контракту, и его технические специалисты ставят подписи в актах выполненных работ. Объект принимался поэтапно в течение 2024 и начала 2025 года. Специалисты МКУ «Горхозяйство» проверяли соответствие настилов и причалов проекту. Подписи на актах подтверждают, что работа была выполнена «в полном объеме и качественно». Линия защиты чиновников, скорее всего, будет строиться на том, что проект прошел государственную экспертизу, что давало им формальные основания принимать работу. Однако, как показывают итоги, эта экспертиза не смогла оценить реальную опасность, которую представляет собой река Мана. Общий вывод строителей неутешителен: восстанавливать набережную в прежнем виде бессмысленно.

ФАКТ налицо:

Подобные случаи, когда значительные бюджетные средства, выделенные на развитие инфраструктуры, трансформируются в дорогостоящие ошибки, ставят под сомнение эффективность работы государственных структур и прозрачность закупочных процедур. Отсутствие должного контроля качества на всех этапах – от выбора подрядчика до приемки работ – порождает порочный круг, где бюджет города становится источником финансирования неэффективных проектов, а местные жители остаются с разрушенными объектами и упущенными возможностями.

Привлечение к проектированию компании, специализирующейся на развлекательных аттракционах, а не на гидротехнических сооружениях, говорит либо о поверхностном подходе к выбору исполнителя тендера либо о наличии других, возможно коррупционных мотивов.

Дмитрий Голованов

Середина апреля ознаменовалась для жителей красноярского микрорайона Покровка настоящей катастрофой. Сотни частных домов оказались в воде, превратив улицы в реки, а некогда уютные дворы – в болота. Городские власти, в лице главы города Сергея Верещагина, были вынуждены вмешаться, пытаясь взять под контроль ситуацию. Однако, по мере развития событий, за словом «стихия» начинают вырисовываться куда более конкретные, а возможно, и преступные причины.

Хронология бедствия: от наледи до потопа

Жители Покровки уже давно жаловались на проблемы. Зимой те же участки дорог, где сейчас стоят лужи, покрывались толстым слоем наледи, а грунт под ними проседал. Эти наблюдения косвенно указывали на давние проблемы, а не на внезапный каприз природы. Коммунальные службы проводили проверки водопроводных сетей, даже устраняли часть утечек, но кардинально проблему это не решило. Сегодня, когда в воде оказались подвалы, гаражи и дворы более 150 домов, рассматривается версия о влиянии подземных вод. Но насколько эта версия правдоподобна, и не является ли она лишь попыткой уйти от ответственности?

Экспертное мнение: «Верховодка» как предвестник беды

Стройэксперт Андрей Васильевич Мизиренков склоняется к тому, что одной из главных причин подтопления является «верховодка» – поверхностные воды, не являющиеся хорошим источником водоснабжения и несущие в себе потенциальные загрязнители. Он подчеркивает, что грунты в Покровке слабые, что требует особого подхода при любом строительстве. Если раньше, с преобладанием деревянных домов, проблемы были незаметны, то с появлением массивных построек, они стали ощущаться острее.

Кто виноват? Чиновники или «стихия»?

Мизиренков озвучивает две основные версии:

1. Действия конкретного лица: Физическое лицо, совершившее самовольные раскопки, могло спровоцировать движения грунтов, их изменения и выход воды.
2. Бездействие должностных лиц: Эта версия выглядит более вероятной. Эксперт критикует чиновников за то, что они, игнорируя сигналы о засорении русел рек Качи и Бугач, а также о препятствиях для стока паводковых вод, не предпринимают своевременных мер.

«Где-то сидит чиновник на печке и ничего не делает,» – отмечает Мизиренков. – «Ему пишут телеграммы, что русло реки… засоряется. Значит, вода не уходит в дельту, не попадает в Енисей, мусора много, палки бревна торчат. Это препятствует, значит, прохождению паводков, все, вода растекается, заливает огороды и дома, сделайте хоть что-нибудь. А он сидит и говорит, так это же стихия, что я сделаю? Во-первых, денег нет в бюджете, во-вторых, ну как-то крутитесь.»

Ответственность и правосудие: Где граница между халатностью и преступлением?

Эксперт настаивает: бездействие должностных лиц, чья обязанность – обеспечение безопасности граждан, является прямой причиной материального вреда. Задача юристов, полиции, прокуратуры и судов – установить субъекта и его вину. Задача эксперта – выявить последствия вреда, установить причину и связь между ними. В случае с Покровкой, эта причина кроется либо в действиях конкретных людей, игнорирующих технические регламенты, либо в бездействии тех, кто должен был их контролировать.

ФАКТ налицо:

Подтопление в Покровке – это не просто природное явление. Это результат комплекса проблем, усугубленных, по мнению экспертов, халатностью и бездействием ответственных лиц. Жителям, чье имущество пострадало, предстоит сложный путь доказывания вины и возмещения ущерба. Это требует не только судебных тяжб, но и давления на соответствующие органы власти, чтобы подобные ситуации перестали повторяться.

Ситуация требует не просто реакции, но и глубокого анализа на системном уровне. Нельзя допустить, чтобы «стихия» стала удобным прикрытием для недоработок и коррупции. Необходимо провести комплексную экспертизу всех инженерных систем, включая ливневую канализацию, дренажные сооружения и состояние рек. Это задача не только муниципальных служб, но и более высоких инстанций, ответственных за градостроительное планирование и экологическую безопасность.

Важной становится роль общественности и средств массовой информации. Открытое обсуждение проблемы, привлечение внимания к бездействию чиновников, публикация экспертных заключений – всё это может стать катализатором для принятия необходимых мер. Жители Покровки имеют полное право требовать от властей не только возмещения ущерба, но и гарантий того, что подобное не повторится.

Необходимо пересмотреть подходы к оценке рисков при застройке новых территорий, особенно в зонах с потенциально сложными грунтовыми условиями. Должен быть налажен строгий контроль за соблюдением строительных норм и правил. Подобные инциденты должны становиться поводом для выявления «слабых мест» в системе управления, а не лишь временным поводом для громких заявлений.

История с подтоплением в Покровке – это индикатор более глубоких проблем в системе городского хозяйства и управления. Пока причины не будут установлены и устранены, а виновные – наказаны, опасность повторения подобных бедствий останется высокой. Истина где-то посередине – между природными факторами и человеческим фактором. Однако, когда природная составляющая усугубляется халатностью и равнодушием, ответственность за последствия ложится на тех, кто обязан был предотвратить беду.

Дмитрий Голованов